Единственный вопрос, который я скромно задаю и немецким нацистам, и расово озабоченным евреям: скажите, господа, а как вы собираетесь отделять благородную арийскую кровь грязных белобрысых дикарей от крови презренных семитов, выкрестившихся в IV–VIII, даже в IX веках? И как вы собираетесь отделить гены Авраама, Исаака и Якова от генов столь поносимых вами германцев?

Так чьи же расовые черты улавливали специалисты Третьего рейха?! «Семитов» или римлян-«арийцев»?! О вэй! Вечно с этими евреями проблемы… Даже вон думать приходится, а это неарийское занятие.

Но периоды, когда инородцы толпами вливались в еврейские общины, — это только надводная часть айсберга. Евреи продолжали смешиваться с иноплеменниками и в периоды самого что ни на есть «раздельного существования», когда легально обзавестись общими детьми было практически невозможно.

И помимо еврейской проблемы, известны множество примеров того, как законы, обычаи, традиции разделяли людей на сословия и категорически запрещали всякое смешение крови. Известны случаи, когда браки людей разных народов запрещались, и этот запрет поддерживался всей силой обычаев, традиций и законов. Результатом этого становилось только то, что вместо заключения законных браков люди встречались тайком и все равно имели общих детей. Пример мулатов тому порукой, а ведь мулаты есть везде — и в либеральной Бразилии, и в США, у которых нацисты в Германии копировали свои расовые законы. Что Бразилия в этом вопросе выглядит как-то симпатичнее, это уже другое дело…

Помню, мы обсуждали как-то это явление с моим другом, сотрудником Эрмитажа Юрой Л. (евреем, если это важно). Действительно, какое интересное явление! Оказывается, невозможно никаким способом пресечь смешение людей, живущих на одной территории!

— А может быть, это и к лучшему… — серьезно заметил Юра. — Может быть, состояние влюбленности — это способ как-то помешать человеку выращивать генетические касты, не связанные между собой?! А то ведь существо с таким огромным мозгом, с такими возможностями управления естеством… оно обязательно что-нибудь да придумает. А так — как ни изобретай барьеры и границы, как ни разводи людей по разные стороны баррикад — всегда найдутся люди, которые захотят их преодолеть.

Легко отнести наш разговор 1982 года за счет романтической настроенности молодых людей (по 27 лет). Но ведь исторические факты подтверждают главное в наших рассуждениях.

Известно, что польский король Казимир III Великий в 1360-е годы был увлечен некой еврейкой, Эстеркой, и сделал ее своей любовницей. Роман с Эстеркой у короля был, это факт. Если верить портретам, которых нарисовано немало, королю очень повезло: красивая женщина с ласковыми добрыми глазами, чувственными полными губами и, конечно же, с умопомрачительной грудью, которой позавидует любая американская кинозвезда.

…Упаси вас бог поверить этим картинам, дорогие мои читатели! Потому что ни одного прижизненного портрета Эстерки нарисовано не было, и ее внешность каждый художник в XVIII–XIX веках, во времена романтического восприятия истории и роста польского национализма, изображал по собственному вкусу… И по своим представлениям о том, как должна выглядеть любимая женщина его короля.

То есть роман с еврейкой Эстеркой, дочерью портного из Опочно, у короля был, это факт. Король поселил ее в своем дворце около Кракова, и у них родилось несколько детей. Собственно, в наше время это «около Кракова» выглядит как один из центральных районов Кракова. Он так и называется «Казимеж», то есть Казимир. С XIV по середину XX века это был еврейский квартал.

Романтически настроенные люди считают порой, что Казимир пригласил евреев в Польшу, очаровавшись Эстеркой. Все наоборот: король сперва пригласил евреев построить себе город в Кракове, а потому уже очаровался.