Он не мог сказать ничего большего, не рискуя при этом возбудить любопытство Кастильо и ФБР, но мисс Смит, похоже, очень неглупая девушка. Он готов был побиться об заклад, что она прекрасно знает, о каких именно предметах искусства он говорил и где он их хранил. Остается только ждать ее появления.

— Но вы можете подтвердить или опровергнуть, что Патриция Аддисон-Уоллис…

— Простите, у меня встреча, — оборвал он репортера, с трудом сдерживая гнев. Стоило ему услышать эту двойную фамилию, как сразу появлялось желание хорошенько стукнуть кого-нибудь. Суд позволил Патриции сохранить за собой фамилию первого мужа, чем она не преминула воспользоваться.

В тишине вестибюля царила приятная прохлада, которая действовала особенно благотворно после жаркой влажной улицы и шумной толпы журналистов. Дождавшись Доннера, Ричард не удержался оттого, чтобы одернуть рукава пиджака и проверить ворот на предмет наличия спрятанных микрофонов.

— Господи, — простонал Том, вынырнув из вращающихся дверей, — я думал, они мне руку оторвут.

— Какой вывод ты сделал из моих слов? — спросил Ричард, направляясь к хромированному лифту на противоположном конце холла. Его голос слабым эхом отразился от высокого потолка.

— Я понял, что ты намекал на мисс Смит и предлагал ей встретиться в четыре часа. Насчет погибшего фарфора я, честно говоря, до сих пор пребываю в неведении.

— Я говорил о майсенских статуэтках, за которыми охотятся многие коллекционеры, а крупнейший магазин находится как раз на Уорт-авеню, недалеко отсюда.

— А-а, в таком случае я надеюсь, что мисс Смит окажется сообразительнее меня.

— Если нет, — пожал плечами Ричард, — то сегодня в четыре часа я просто так куплю майсенскую статуэтку.

Ричард в сотый раз за последние десять минут взглянул на дверь. Сегодня во всех программах новостей показывали сюжет с телефонным разговором, и если у мисс Смит был поблизости телевизор, она просто не могла не увидеть его. Если она видела сюжет, то скорее всего поняла, на что он намекал. Значит, она должна прийти. Сделав глубокий вдох, Ричард обратил свой взгляд на настенную лампу по типу бра, изготовленную в 1870 году.

— Нет, мне нужна настольная лампа.

— Хорошо, сэр, тогда пройдите вот сюда. Мы как раз недавно купили несколько ламп восемнадцатого века, хранившихся в одном поместье близ Страсбурга.

В последний раз посмотрев на дверь, Ричард направился следом за продавщицей. Она опоздала, а он ненавидел ждать. Если он назначал встречу, то человек всегда приходил вовремя или даже раньше, поскольку время Ричарда Аддисона стоило очень дорого.

Продавщица отлично понимала это, поэтому табличка на двери, гласившая «Прием только по записи», не помешала ему войти. Деловая этика не помешала девушке написать на оборотной стороне визитной карточки свой номер телефона, и если он сделает покупку, эта карточка наверняка окажется у него в сумке.

Том держался несколько в стороне, не обращая внимания на фарфор, но зато исподволь разглядывая других продавцов и клиентов. Конечно, такому именитому адвокату не пристало играть роль телохранителя, но Ричард знал цену истинной дружбы. Если Том считает, что, следуя за ним по пятам, он держит ситуацию под контролем — все в порядке.