Когда-то еще его дядя был среди тех, кто уничтожил этот богохульный нарост, эту безбожную станцию. Он с детства слышал рассказы о тех временах. Сколько раз они решали взорвать ее, но все откладывали, думали, что, может, когда-нибудь она для чего-то и пригодится. Пригодилась! Вот чем кончаются моральные компромиссы. Пилот завел шаттл в старый док. Почувствовав, как анкеры шаттла уперлись в палубу дока, Митч встал и подошел к люку.

— А теперь все слушайте внимательно, — сказал он. — Мы пойдем внутрь и будем искать этих женщин. Не таращите глаза на то, что творится вокруг, ничего не трогайте. В систему вошли боевые корабли противника. Нам надо покончить с этим делом и спешить на помощь остальным. Понятно?

Все кивнули в ответ, но он был не очень уверен в их искренности.

— Оружия у них никакого нет, только то, что могло быть в шаттле. Наверное, парочка ножей, один или два пистолета сорок пятого калибра. К тому же они женщины, они не привыкли к нулевой гравитации и вакууму. Может, они надели на себя скафандры, возможно, они в них не до конца разобрались. Беспокоиться не о чем. Просто не шастайте без толку, чтобы случайно не попасться им в руки. И проверьте ваши личные сканеры.

Опустив щиток шлема, он проверил герметичность костюма впереди стоящего, тот проверил костюм Митча. Затем Пардью повернулся и открыл воздушный шлюз.

Шлюз из дока для шаттлов в коридор станции открылся нормально, но внутри не оказалось воздуха. Он был готов к этому. Наверное, женщины взяли кислородные баллоны с шаттла, когда высаживались на станцию, но сейчас их запас воздуха должен подходить к концу.

Выйдя из шлюза, они попали в небольшой коридор, в обе стороны от которого расходились два других. Он много раз просматривал записи дяди и потому знал, что в боковых крыльях станции был целый лабиринт лабораторий и кладовых. Придется прочесывать все эти помещения. Он взглянул на свой сканер. Никого рядом не было. Так они и будут проверять одно помещение за другим, запирая каждое после проверки.

— Не забудьте смотреть потолочные перекрытия, — напомнил Митч своим людям, но они, много раз бравшие на абордаж суда, не нуждались в напоминаниях.

Льюис и Терри отделились, чтобы проверить дальний конец крыла. Казалось, что время их отсутствия тянется неимоверно долго, хотя на самом деле прошло всего пять минут. Потом они все вместе направились по коридору к центральному отсеку станции.

— Не могу поверить, — пробормотал Обло. — Идут себе спокойно, словно собрались на пикник. — На экране монитора двадцать мужчин в скафандрах двигались друг за другом, проверяя по очереди каюту за каютой, отсек за отсеком. Они не соблюдали никаких мер предосторожности. Никто не шел впереди, никто не охранял тыл. — Да и скафандры у них не бронированные, обычные. Брюн сама бы с ними справилась, будь у нее какое-нибудь оружие.

— Они считают, что никого кроме двух невооруженных женщин на станции нет, — ответила Эсмей. — Как только им сообщат, что мы здесь…

— Давно пора, — заметил Обло. — Может, они ничего не слушают?

У Эсмей не было времени отвечать на вопросы.

Десантники пошли вперед, зная, что простые сканеры не смогут засечь их. На них были специальные бронированные скафандры, которые экранировали все сигналы, кроме специальных. Эсмей почувствовала хорошо знакомое ей состояние возбуждения, она бы с удовольствием оказалась там, вместе с ними, но сейчас гораздо важнее отыскать Брюн и девушку. Сканирующие приборы поймали два сигнала с этой стороны центрального отсека: два человека в скафандрах в одной из кают бокового коридора.