— Тогда зовём к нотариусу соседку? — предложил я.

— У меня есть другое предложение, надеюсь, что ты не откажешься, — сказал Валера, глядя мне в глаза с надеждой. — Давай пока переоформим квартиру на тебя, а когда я найду что-то подходящее, продашь её бабке, а я перееду.

— О чём разговор, Валер, — улыбнулся я. — Я могу тебе даже деньги за неё сразу отдать, чтобы они были у тебя под рукой, когда будешь покупать что-то другое. А мне их твоя соседка вернёт, будет жить с дочкой на одной лестничной площадке, как и мечтала.

— Ты банк что ли ограбил? — удивился Валера.

— Нет, — рассмеялся я. — Возможно прошлый я это сделал, а я лишь подчистил карманы одного чересчур самоуверенного спорщика.

— Ничего себе ты рисковый парень, — качнул головой Валера. — Ну тогда договорились?

— Конечно, — кивнул я.

Нотариус внимательно изучил наши документы и документы на квартиру, которые Валера нашёл во время тщательного обыска.

— Вы уверены, что хотите продать квартиру практически в самом центре Санкт-Петербурга? — спросил почему-то седоватый мужчина в возрасте, внимательно глядя на Валеру и поправляя очки. — Куда-то уезжаете? Я почему спрашиваю, такое жильё менять на другое не каждый решится. Всё-таки это досталось вам в наследство от отца, а ему от его отца. У вас есть дети?

— Я не совсем понимаю, зачем вам нужны такие тонкости, — хмыкнул Валера. — Да, я уезжаю, очень далеко, скорее всего навсегда. Родственников у меня в городе нет, детей тем более.

— Вы уж извините меня за такие вопросы, просто я должен уточнить, не оказывает ли покупатель на вас какого-либо давления?

— А что, похоже? — пришла моя очередь удивляться.

— Ещё раз прошу меня извинить, — пожал плечами нотариус. — Просто всякое в жизни бывает, я уже такого насмотрелся, что волосы раньше времени поседели. Очень не хочется потом ходить по судам, знаете ли.

— Я никакого давления на продавца не оказываю, так ведь? — спросил я у Валеры, повернувшись к нему.

— Господин Склифосовский, наоборот, меня очень выручил, когда так быстро согласился приобрести мою квартиру, — добавил Валера.

— Господин Склифосовский? — почему-то сильно удивился мужчина, поправил очки и уставился на меня, как на икону Казанской Божьей матери. Следующим движением он похоже хотел выскочить из-за стола и рухнуть передо мной на колени, но сильно стукнулся этим самым коленом об угол стола, задержал воздух, чтобы не крикнуть и сжал губы до побеления. — Александр Петрович?

— Он самый, — кивнул я. — Вам чем-то помочь?

— Нет, спасибо, всё нормально, — прокряхтел нотариус, поглаживая ушибленное колено. — У меня нет повода не доверять вам, Александр Петрович, вы просто замечательный человек, просто я никогда вас раньше не видел, думал, что вы старше. Вы вылечили мою супругу, наши лекари сказали ей, что случай очень запущенный, а вы смогли убрать опухоль со всеми метастазами. Те говорили, что, если всё это удалять, она умрёт от самой процедуры или от её осложнений, а она у меня сейчас жива и здорова. Я вам по гроб жизни обязан!

— Я рад, что с вашей супругой всё хорошо, — сказал я и улыбнулся. — Но вы мне ничем не обязаны, я просто выполнял свою работу. Кстати, напомните ей, что через полгода после вмешательства обязательно надо показаться. У нас в госпитале теперь есть замечательный диагност, который сможет найти даже крохотные очаги рецидива, чтобы удалить всё это начисто пока заново не разрослось.

— Да-да, конечно, спасибо вам огромное, Александр Петрович! — пролепетал нотариус, то и дело кланяясь не пытаясь повторить попытку выбраться из-за стола. — Давайте ваши документы, я сейчас быстренько всё оформлю, не буду вас больше задерживать.