— Не было печали, — сказал другой.

— Спасибо вам, Александр Петрович, — сказал стоявший впереди лекарь в возрасте и сделал шаг мне навстречу, протянув руку. — Вы не просто спасли нас, но и дали второй шанс снова оказаться на высоте. На молодёжь не обращайте внимания, они просто пока не поняли, куда вляпались и как вы нас в итоге вытаскиваете.

— Хорошо, что вы поняли, — улыбнулся я и пожал ему руку. — Надеюсь и остальные вскоре поймут, что я не враг, а друг.

— Видали мы таких друзей, — пробурчал всё тот же голос из середины кучки. — Лучше в тюрьму.

— Кто хочет в тюрьму, не проблема, — хмыкнул я. — Могу прямо сейчас позвонить Белорецкому, он такие вопросы быстро решает.

Смутьян, стоявший за спинами товарищей, сразу успокоился и больше не выступал. Надо будет на него Валеру настропалить, чтобы занялся его воспитанием, будет как шёлковый.

— Предлагаю начать наше знакомство с обхода кабинетов клиники, — предложил я. Даже если бы кто-то начал возражать, это мои планы не поменяет. — Потом соберёмся в кабинете главного лекаря, который на какое-то время станет моим. Там и обсудим ближайшие перспективы и планы на будущее.

Никто из местных возражать не стал. Мы разделись, сдав одежду в гардероб, пациентов сегодня всё равно не предвидится, и пошли по коридору. Пожилой лекарь, который приветствовал меня от имени всего коллектива, взял на себя роль экскурсовода. Внешний вид и оснащение манипуляционных были на порядок лучше, чем в клинике моего отца, сразу видно, что учреждение процветало. До недавнего времени. Что-то докупать, чтобы начать работу с онкологическими пациентами, не придётся.

На осмотр всех помещений, в том числе аптечного склада и всех кладовых, ушло больше часа. Потом мы переместились в кабинет главного. Надо отдать должное моему предшественнику, допустившему досадную роковую ошибку, здесь был идеальный порядок. На стеллаже ровными рядами стояли папки с отчётами. На столе аккуратные стопки документов. В ящиках стола тоже, как в музее. Постараюсь эту идиллию не испортить, вдруг получится.

— Когда мы начнём обучение, Александр Петрович? — снова взял на себя инициативу пожилой лекарь. Как потом оказалось, он был заместителем главного лекаря. Тогда его продуктивная активность вполне объяснима.

— Так, у нас сегодня четверг? — задал я риторический вопрос, повернувшись к календарю, висевшему на стене. — Открывайте с завтрашнего дня приём, как обычно, а с понедельника после обеда я начну читать лекции. Оптимальное время начала — два часа. Попрошу никого не опаздывать, чтобы не задерживать своих коллег и меня. Все должны понимать, в какое серьёзное дело вам придётся окунуться с головой, с этого дня ваша жизнь и работа сильно изменятся, так что попрошу подойти к этому со всей ответственностью.

— Чтобы вы не проиграли пари? — хмыкнул всё тот же умник. Теперь я его запомнил в лицо.

— Пари я выиграю в любом случае, — ответил я спокойно. — Просто Гааз понятия не имеет, куда ввязался. Зато возможный противник неосознанно превратился в союзника. Удачный тактический ход.

— Я и до того, как изъяли амулеты, не мог сразу удалить опухоль больше пяти сантиметров, — сказал смутьян. — А с теми возможностями, что у меня сейчас есть, я буду его неделю удалять.

— А совсем скоро будете убирать такое образование за десять минут, а то и быстрее, — невозмутимо ответил я на его высказывания.

— Если только вы вернёте нам те серебряные амулеты, — буркнул молодой лекарь.

— Ага, и золотой в придачу, — хмыкнул я. — Без амулетов сможете убирать. Или и вы хотите пари заключить?

— Я такой фигнёй не занимаюсь! — бросил он, нахмурившись.

— Похвально, — кивнул я.