— А когда вы уйдёте? — истерично проверещал мужчина. — Он опять появится и доведёт меня до инфаркта?

По началу у меня было желание познакомить его с Валерием Палычем, может они бы и правда пообщались непринуждённо, но ситуация явно выходит из-под контроля. Так что более близкое знакомство с призраком отменяется, не в этот раз. А то ещё правда, не дай Бог, закончится всё это нехорошо.

— Я вам торжественно клянусь, — сказал я, приложив для убедительности руку к сердцу. — Что за всё время нахождения здесь вы не увидите никаких призраков и никто не потревожит ваш покой. Кроме меня, разумеется. Я сегодня ради вас не пошёл домой, а остался в госпитале, чтобы следить за состоянием вашего здоровья. Так давайте уважать друг друга и не поддаваться панике без видимых на то причин.

Мужчина замер, замолчал и внимательно посмотрел на меня, выискивая какой-либо подвох по выражению моего лица. Но я актёр ещё тот, не лицо, а камень. Гранитная скала, не меньше.

— Хорошо, — уже гораздо более спокойным голосом произнёс пациент. — Пожалуй, вы правы, господин лекарь. И огромное вам спасибо за вашу помощь и за то, что остались сегодня здесь со мной. Прошу меня простить за моё поведение, я действительно сильно испугался.

— Не переживайте по этому поводу, — сказал я и позволил себе улыбнуться. Эдакая снисходительная полуулыбочка на гранитном валуне. — В вашем состоянии и не такое бывает. Я сейчас подключу к системе ещё одну капельницу, а когда верхняя граница раствора начнёт опускаться по этой трубочке, поверните вот этот краник, чтобы закрыть. Я загляну к вам ещё раз через полчасика или чуть больше. А пока лежите отдыхайте.

Я убедился, что раствор идёт в вену, а не мимо, отрегулировал скорость подачи и вышел из палаты. Когда поднимался по лестнице, обратился тихонько к призраку.

— Валер, слушай, ну его нафиг такие знакомства.

— Согласен, Сань, — прошелестел призрак где-то над ухом. — Я уже и сам не рад, что с ним решил заговорить. Но я тебе реально не вру, я думал, что он заговорил со мной первым. Слабонервный какой-то клиент попался, аж оторопь берёт. Не, ты прикинь, Сань, призрак испугался живого человека, это где такое видано вообще? Как с ним жена живёт с таким истеричным?

— Любовь зла, — хмыкнул я, вспомнив поговорку.

— Это точно, — я услышал как призрак тоже ухмыльнулся. Тоже умеет.

— Ты проследи за ним потихонечку, так чтобы он тебя не увидел, а я пока методичку допишу, хорошо?

— Да хрен я ещё попытаюсь с ним заговорить, Сань, — вздохнул призрак. — Мне такое веселье без надобности. К тому же ты ему пообещал, а я тебя уважаю, ты же знаешь.

— Взаимно, Валер, — улыбнулся я.

— Знаю, — ответил Валерий Палыч. — Ну ты иди работай, а я на пост. Присмотрю за этим нервным человечком.

Оставшийся вечер прошёл спокойно. Я принёс пациенту бульон и отварную индейку, на которые он посмотрел сначала с некоторой неприязнью, но, так как к этому времени как следует проголодался, употребил всё внутрь без остатка.

— Вот и хорошо, — улыбнулся я, забирая у него пустые контейнеры. — Вот и молодец. Я, конечно, понимаю, что это блюда не высокой кухни, но вам сейчас такое очень полезно. На завтрак будут овощи на пару и отварная треска.

— А может картошечки жареной? — жалобно протянул мужчина.

— Нет, никакой жареной картошечки и колбасок с горчичкой, — покачал я головой. — Вам такое пока что нельзя. А вот отварное, нежирное и без специй, такое можно и нужно. Делаем упор на белок и клетчатку, это крайне необходимо для быстрейшего выздоровления.

— Ну, ради выздоровления можно и потерпеть, — пациент обречённо вздохнул. — Спасибо вам большое, Александр Петрович, за заботу.