— Напомните пожалуйста, я таблетки вам давал пить? — спросил я.

— Да, кажется, давал, — кивнула она. — Беленькие такие, кругленькие.

— И как самочувствие сейчас?

— Да как может быть моё самочувствие, сынок? — с трудом произнесла она, губы снова задрожали. — Мы ж с ним больше, чем полвека вместе, душа в душу, а теперь…

Она снова закрыла лицо руками и заплакала. А я теперь понял, что от таблеток у злобного микроба, устойчивого к магии, защиты нет. Это отличная новость! Надо бегом бежать по всей деревне и заставлять выпить антибиотики, а кто не сможет — вводить через капельницу. Уже готового раствора хватит на двадцать человек, но можно при необходимости сделать ещё, технология наработана. Эх, надо было сразу сорок таблеток в один флакон всыпать, тогда на двадцать человек хватило бы.

— Спасибо тебе, бабуль! — бросил я и выбежал на улицу.

Прямо у меня перед носом проехало несколько легковых автомобилей с мигалками. Наконец-то приехали следователи из Питера. И где вас столько времени черти носили? Вся кавалькада резко остановилась, из машин начали вылезать люди в противочумных костюмах, один из них направился ко мне. Молодцы, подготовились. Я уж думал нам сейчас придётся их одевать, а столько запасных костюмов у меня не имелось. Наверно поэтому они так и задержались, пока экипировку подбирали.

— Александр Петрович Склифосовский? — спросил тот, что подошёл ко мне ближе всех. Возможно главный. Я кивнул и поднял руку. — Отлично, вы то мне как раз и нужны, пойдёмте присядем и поговорим.

— Мне, господин хороший, рассиживаться некогда, — довольно резко ответил я. — Мне надо людей спасать. Пока мы посидим и поговорим, помрут все.

— А чего это мы такие резкие? — сменил тон мой собеседник. — Уже никого не надо спасать, мне Обухов рассказал, что здесь побывал целый отряд лекарей из Питера и они всех вылечили.

— Так-то оно так, да совсем не так, — буркнул я.

— В смысле? — развёл руками полицейский или кто он там, в противочумнике непонятно.

— Да в том смысле, что микроб оказался устойчив к магии, — решил я всё же объяснить, всё равно не отстанет. — Мы пошли обходить повторно. Те, кого днём вылечили, заболели снова и ещё хуже, чем до этого. Такое впечатление, что магия исцеления только усиливает этого видоизменённого возбудителя. Если мы сейчас же не введём всем антибиотик, они умрут.

— Мать чесна… — произнёс человек из каких-то органов, удостоверение он мне по понятным причинам не показал, может и контрразведка как раз. — Ну вы хоть можете сказать в каких домах те вскрытые трупы и где умершие, которых можно вскрыть?

— Здесь дед от болезни умер, — я указал на дом, из которого только что вышел. Бедная бабка, сейчас будет вторая серия и более суровая. А что делать, так надо. — А вскрытые тела в сарае седьмого дома по левой стороне улицы.

Я указал ему направление, куда идти. Неидентифицированный страж порядка кивнул респиратором и пошёл раздавать приказы подчинённым, которые тут же засуетились и начали разбегаться в разные стороны с небольшими серебристыми чемоданчиками в руках. Подобные я видел в кино у криминалистов.

Я повернул голову в ту сторону, куда ушла Мария и очень вовремя, один из приехавших схватил её под руку и чуть ли не волоком тащил в сторону начальника. Девочка что-то говорила ему, но тот её не слушал. Вот же идиот, да ты ещё жив только потому, что она решила тебя не трогать!

— Стойте! — крикнул я ему и поднял руку вверх, чтобы обратить на себя внимание. — Она со мной! Это мой проводник!

— Вы что, боитесь заблудиться в деревне на сто домов, Склифосовский? — с иронией в голосе спросил меня тот самый начальник.