— И давно вы свободны? — спросил я, так и не определившись, начинать радоваться или продолжать злиться.

— Так Михаил Игоревич сразу тебе и позвонил, сказал после работы сюда приезжать, — продолжал довольно улыбаться Обухов. — А ты, смотрю, вроде как не рад?

— Рад, — буркнул я, наконец нашёл в себе силы улыбнуться и покачал головой. — Ну вы, блин, даёте!

— Сань, может ты всё-таки сядешь поближе? — уже более серьёзно спросил мэтр. — Разговор к тебе серьёзный есть, неохота кричать через весь кабинет.

Я пересел на соседний стул с Белорецким, который был ближе всего к моему привычному месту. Дверь кабинета снова открылась, и Дмитрий Евгеньевич вкатил небольшую тележку с ярусами подносов. Проходя мимо меня, он улыбнулся и подмигнул. Мир начал возвращаться на место и перестал кружиться, как полоумный.

Секретарь ловко выставлял на стол чайник с кипятком, заварник, сливочницу и тарелки с пирожками и сладостями. Так вот оказывается почему его не было на месте, ему поручили организовать большое чаепитие.

— Ну что, Александр Петрович, ты готов? — официальным тоном спросил Обухов, оторвал взгляд от наполняемой секретарём чашки и посмотрел мне в глаза.

— Готов к чему? — спросил я и мой мир снова дрогнул в предчувствии.