А теперь ещё изображение пыльной пустыни и одиннадцати человек, под тусклыми небесами начало меркнуть, теряя, сначала краски, а потом и резкость. Внезапно, оглушительно хлопнуло, и я оказался посреди полного ничто.

Потом резкий холодный ветер хлестнул по лицу, словно чьи-то острые когти пытались разодрать кожу. Ветер становился всё сильнее, пока не достиг силы урагана. Не в силах спрятаться, я ощущал, как кожа клочьями слетает с моего тела. После и оно, не выдержав безумного напора, принялось растворяться в ледяных потоках.

– Так долго, – шептали голоса, – так долго не было никого…

– Этот, мы знаем его?

– Да, это тот, который убил Мать.

– Это тот, который уничтожил Титанов.

– Он убил Кукловода.

– Он прошёл дальше всех остальных и выжил.

– У него связь с Ключником.

– Если он пройдёт в Сердце Льва, баланс сил может быть нарушен.

– Сейчас мы не можем себе этого позволить. Всё и без того висит на волоске.

– Тень и Разрушитель не опознаны, а Мать и Кукловод – мертвы.

– Художник, не забудьте про Художника, – откликнулся тихий голосок, – его мы тоже не обнаружили.

Я начинал что-то видеть. Казалось в сером тумане медленно плывут белые сгустки и каждое слово, услышанной мною беседы, сопровождается вспышкой белого пятна. Сцепив зубы (у меня есть зубы?), я постарался прорвать паутину, в которую был заключён, и картинка стала намного чётче. Теперь стало очевидно, белых пятен – девять и формой они напоминают львов. Внезапно беседа стихла, и я ощутил, что внимание странных созданий приковано ко мне.

– Он нас видит? – в голосе звучало недоумение и лёгкий испуг, – как такое возможно?

– Я же говорила, это – необычный лев, – очень знакомый голос, – даже не знаю, подлежит ли он, вообще, существующей классификации. Если бы не его разрушительные способы воздействия…

– Стало быть его необходимо уничтожить. Немедленно, пока это ещё в нашей власти.

– Согласен.

– Я…Согласна.

– Убирайтесь! Вон отсюда! Оставьте его в покое, проклятые стервятники.

Громыхало. Серый туман разлетался в брызги и сквозь эти ошмётки уверенно шагала Ольга. Кошка сияла, точно полуденное солнце и её белоснежные волосы плескались под порывами сумасшедшего ветра. Липкие нити, поймавшие меня ослабли, а затем и вовсе исчезли. Я стал на ноги и провёл рукой по телу, проверяя, не осталось ли на коже хотя бы чуть-чуть клейкой дряни. Потом поднял взгляд на львицу, остановившуюся рядом со мной.

– По большому счёту, тебя бы следовало бросить на растерзание этим негодяям, – мурлыкнула она и поцеловала меня в губы, – но они не заслуживают такого подарка. Когда всё закончится, ты будешь должен мне несколько ночей первоклассного секса, а потом ещё кое-что…

– Секс с подсознанием? – пробормотал я, возвращая ей поцелуй, – всегда пожалуйста. Уж если сходить с ума, то совсем.

– Здесь есть нечто, – она опустила голову, исподлобья глядя на меня, – и за это тебя следовало бы четвертовать, как Мотрина. Но я подумала, хватит и простого осознания: муки совести – страшная штука, для того, у кого есть сердце. А у тебя, мой милый, оно теперь есть. Поэтому, удачи. Надеюсь ты сумеешь встретиться со своей Зарой. И не забывай, про свой должок.

Ольга вспыхнула так, что глазам стало больно и превратилась в золотистую пыль, плавающую в сером воздухе. Под ногами бугрились каменные плиты, а стоявшая поодаль группа людей испуганно косилась в мою сторону.