Помещение казалось пустым, но я ощущал чьё-то присутствие. Мебели здесь не было и если кто-то прятался, то лишь за колонной. Что за игры?

– Веера, – позвал я, вглядываясь в полутень.

Кто-то тихо рассмеялся и гибкая фигурка, сверкнув ослепительно белой шевелюрой, вышла на открытое место. Зара? Сердце, на мгновение встрепенулось, но я тотчас понял, кого вижу перед собой. Вот значит, как, ну-ну…

– Здравствуй, вершительница, – глухо сказал я, сдерживая прорывающееся недовольство. Очень трудно спокойно беседовать с тем, кто предал тебя. Особенно, если это – твоя львица.

– Здравствуй, регулятор, – Наташа, как ни в чём не бывало, улыбнулась мне, – не думала, что тебе удастся зайти настолько далеко. Никто не думал. Ты – уникальный лев. Очень жаль…

– Странно слышать это от той, которая заманила меня, с прайдом, в ту распроклятую задницу с Титанами.

– Так было необходимо. В Целидаре ты уже доказал, как способен решать проблемы, которые больше никому не по зубам, поэтому Совет Вершителей принял решение отправить вас в мир Титанов.

– И ты согласилась. Мало того, сама заманила нас туда.

– Это было необходимо. Эксперименты этих психопатов угрожали самой ткани Кристалла. Они уже успели опустошить ближайшие три грани и продолжали свои безумные игры.

– Там погибла Леся! – не выдержал и рявкнул я, – отдала свою жизнь, чтобы вы смогли торжествовать победу.

– А, одна из этих мутантов – убийц…

Я молча ударил Наташу в челюсть, и она отлетела к ближайшей колонне, растворившись в воздухе, чтобы через мгновение вновь оказаться рядом со мной. На прекрасном лице застыла гримаска боли и недовольства.

– Ещё раз скажешь что-то такое и я ударю сильнее, – предупредил я, – не трогай моих любимых. Особенно мёртвых.

Кошка опустила руку и задумчиво посмотрела на меня. Потом медленно обошла вокруг, приглядываясь так, словно увидела нечто неожиданное. На красивом лице проявилось замешательство.

– Ты изменился, – тихо сказала она, – я помню тебя в нашу последнюю встречу и такое ощущение, будто передо мной стоит совершенно другой лев. Но это уже ничего не меняет.

Я ощущал сильную усталость и нежелание играть в эти непонятные игры. Наташа третий раз меняла ипостась, на моей памяти, и не могу сказать, будто обличье Вершительницы, склонной решать судьбы Кристалла было мне по сердцу. Уж лучше та психопатка, которая хладнокровно вырезала бандитское логово в Лисичанске и гоняла повстанцев по дворцовой площади, чем этот сгусток пафосного великомудрия.

– Не меняет что? – поинтересовался я, – у Вершителей появился очередной план, в котором я должен сыграть важную роль?

Замешательство сменилось печалью, Наташа осторожно взяла меня за руку и повела куда-то вглубь зала. Я не сопротивлялся. Зачем? Мы обогнули несколько ветвящихся колонн и оказались перед странной штуковиной, напоминающей надгробную плиту из чёрного оникса. На гладкой поверхности золотыми линиями, кто-то высек изящный, в своей примитивности, рисунок.

Тонкими схематическими линиями набросан кристалл, кажущийся объёмным и почему-то, распадающимся на куски. Точно удерживая его в целости, вокруг расположились семь ярких точек, соединённых пунктиром с центром фигуры. Там находилась самая большая и яркая точка.

– Что это? – угрюмо спросил я, ощущая странную тревогу.