Большинство существ спало, плотно свернувшись в тесных клетках, лишь темная сова сидела, широко открыв осмысленные золотистые глаза, да бодрствовали мантикоры.

Рынок патрулировали два потомка, хотя, скорее всего, где-нибудь неподалеку находилось еще несколько дозорных.

— Мне кажется, что кто-то следит за нами. Может…

Грозный Волк не договорил, услышав пронзительный вой, доносившийся с той стороны, куда ушли освобожденные пленники.

Захлопали крылья. С неба стремительно опускались потомок и драконид.

— Беглецов обнаружили, — заволновался сивак. — Быстрее отсюда, а то и нам несдобровать.

Дамон не шевелился, глядя в переулок, по которому ушли Риг, Фиона и остальные. Благодаря обострившемуся зрению, Грозный Волк видел, как тощий человек в лохмотьях, один из последних, кто был выпущен из камер, прячется за спиной Мер-Крела; видел, как мореход призывает всех держаться вместе и чем-нибудь обороняться, видел и выражение паники на лице соламнийки.

— Бежим! — подтолкнул его Рагх.

Пленников окружила дюжина потомков и сиваков.

— Их же опять схватят.

— И нас тоже, если мы не…

Грозный Волк не удержался и вытащил меч, но устремился не к Ригу, а к зверинцу. Драконид бежал позади, призывая опомниться.

— Ты мне нужен живым! Ты не сможешь помочь мне расправиться с Нурой Змеедевой, если тебя схватят!

Дамон широко размахнулся и с силой опустил клинок, разрубив пополам монстра, охранявшего зверей, и тут же бросился к следующему. Второй потомок даже не понял, откуда явилась его смерть.

Грозный Волк рубил цепи, запиравшие двери клеток, и выпускал на волю разъяренных животных.

— Что ты делаешь?! — шипел сивак. — Ты сошел с ума!

— Охрана! — раздавались вопли. — Звери разбежались! Охрана!

Сверху раздался шелест многочисленных крыльев. Повсюду метались дракониды и люди, связавшие свою судьбу с черной драконицей и ее приспешниками. Сверху к рыночной площади бежали потомки.

— Что ты делаешь, Дамон? Прекрати!

— Сею панику. Пусть эти твари займутся чем-нибудь другим и отвлекутся от несчастных беглецов. Может, некоторым из них, например Фионе и Ригу, удастся вырваться из этого кошмара.

Рагх принялся помогать Грозному Волку, все время бормоча, что это верная смерть.

— Давай! Давай! Молодец! — подбадривал Дамон. — Ты достаточно сильный, чтобы разгибать прутья. А я пойду, найду Мэлдреда, и мы уберемся из этого города.

— А Нура?! — в отчаянии завопил драконид.

— Нура Змеедева — не моя печаль, но ты можешь оставаться здесь, пока она не появится. Я не буду помогать тебе в борьбе с ней, Рагх.

И Грозный Волк побежал в гостиницу. Ворвавшись внутрь, он разбудил хозяина, который спал, сидя на деревянном стуле за покрытой пятнами стойкой.

— Мэлдред. Большой такой человек по имени Мэлдред снял у вас комнату сегодня вечером. — Только сказав это. Дамон остановился и перевел дыхание.

Хозяин оглядел странного посетителя с головы до ног. Грязная одежда, местами разъеденная кислотой и пропахшая смрадом подземелий, не понравилась ему.

— Человек по имени Мэлдред, — повторил Грозный Волк нетерпеливо. — Большой человек. В какой комнате?

— Нет никого с таким именем. И никого похожего нет.

— Ну, может быть, раньше… Вчера… — Дамон спешил и постоянно оглядывался.

Шум суматохи нарастал. Хозяин тоже услышал гвалт, встал и перегнулся через стойку, чтобы видеть улицу сквозь открытую дверь.

— Если бы у вас был такой постоялец, я бы знал.