Изменить размер шрифта - +
Идаан знала ходы как свои пять пальцев. Много раз она убегала от старших женщин, чтобы поиграть на речном льду и на улицах, закутанных в смежный саван, и наловчилась передвигаться здесь незаметно.

Миновали нишу, где она когда-то целовалась с Дзянатом Сая, когда они были так молоды, что эти поцелуи ничего не значили, затем Идаан провела мужчин по узкому проходу для слуг, который разведала, таская с кухни свежие лепешки с яблоками. Каждая тень казалась ей старым другом из лучших времен — из времен невинных проказ.

Они пробирались из одного туннеля в другой, незаметно пересекали просторные пещеры и такие узкие проходы, что приходилось наклоняться и идти гуськом. Земля нависала над головой почти как в глубине шахты.

Обитаемая часть подземелья дала о себе знать запахом испражнений из клеток и едким дымом от факелов в конце коридора. Потолок укрепляли толстые деревянные балки. Идаан остановилась.

— Что теперь? — спросил Адра. — Поджигаем деготь? Изображаем пожар?

Идаан достала горшок и взвесила в руках.

— Ничего мы не изображаем, Адра-кя.

Она бросила горшок к подножию балки и засунула в деготь свой факел. Огонь затрещал; вскоре деготь занялся. Идаан сняла с плеча лук и прикрыла оружие плащом.

— Будьте наготове.

Она ждала, пока огонь не разгорится. Если промедлить, они не смогут пройти сквозь пламя. Если поторопиться, стражники потушат пожар. Идаан успокоилась и даже улыбнулась. Вот, сейчас самое время, подумала она — и закричала, поднимая тревогу. Адра и Даая, подхватив ее крик, побежали в темноту, к клеткам. За два вдоха густеющего воздуха заговорщики оказались именно там, куда Идаан надеялась попасть — в широком коридоре, где в камень были вбиты железные клетки с заключенными. К троице подбежали двое стражников в панцирях из кожи и бронзы. Их глаза были круглыми от страха.

— Там пожар! — пронзительно завопил Даая. — За водой! Стража!

Узники сгрудились у дверей клеток. Их испуганные крики увеличивали суматоху. Идаан притворно закашлялась, выигрывая время на раздумье. Из дальнего конца тюрьмы к ним медленно приближались еще два тюремщика. Первые двое разделились: один побежал на пожар, другой — к ярко освещенному ходу, видимо, за помощью. В левом ряду клеток, посредине, она заметила приспешника гальтов. В его глазах стоял настоящий страх.

Когда вторая пара стражников приблизилась, Адра запаниковал: с визгом выхватил меч и принялся рубить их, как мальчишка, который играет в войну. Идаан выругалась, но Даая успел достать лук и выпустить стрелу одному в живот. Адре повезло — безумным ударом он снес второму подбородок и разрубил челюсть. Идаан бросилась к клеткам, к Ошаю. Лунолицый убийца удивленно глянул на ее лицо, выглянувшее из-за капюшона, а потом закрыл глаза и сплюнул.

Подбежали Адра и Даая.

— Молчите! — предостерег их Ошай. — Ни слова! Здесь все готовы продать вас за собственную свободу, а покупатели найдутся. Поняли?

Идаан кивнула и указала на большой замок на двери. Ошай покачал головой.

— Ключи у хайского Мастера мечей, — сказал он. — Без него клетки открыть нельзя. Если вы хотели забрать меня с собой, вы плохо подготовились.

Адра шепотом выругался. Ошай пристально посмотрел на Идаан и улыбнулся. Его глаза оставались мертвыми, как у рыбы. Увидев, что она поняла, он кивнул, отошел от железных прутьев клетки и раскрыл руки, будто любуясь рассветом. Первая стрела Идаан попала ему в горло. За ней последовали еще две, но, как ей показалось, уже ничего не изменили. Раздались крики стражи. Дым сгущался. Идаан увела Ваунёги тем путем, который мысленно приготовила для узников. Она хотела освободить всех, чтобы устроить хаос. Дура.

— Что ты наделала? — набросился на нее Даая, как только они отбежали подальше в лабиринт.

Быстрый переход