Из купе выглянула Оля. Русые волосы, собранные в хвост, делали ее похожей на грациозную фарфоровую балеринку, какие стояли рядом со слониками на серванте в гостиной у Олиной бабушки. Дочь позвала;

— Ма! Что ты так долго? Вернись в компанию.

Верина тоска куда-то улетучилась, на душе стало легко. На женщину вдруг снизошла уверенность, что любовь, на которой она уже мысленно поставила крест, вполне может поджидать ее на очередном полустанке — вот таком, вечернем, с красным небом, обещающим отпускные радости. Она вместе с Паем вошла в купе.

Ночью подъехали к большой узловой станции Джан-кой. Вера проворно вскочила, надела на Пая ошейник и прицепила к нему рулеточный поводок. Они ходили по платформе, на удивление оживленной, несмотря на такой поздний час. Пай тянул Веру к каждому столбу, чтобы задрать лапу. Чувствовался специфический запах вокзала и рельс, смазки и жареных чебуреков. Мимо бегали разносчики всевозможных продуктов. Смутно различимые в полумраке торговки предлагали купить помидоры, арбузы, виноград, яблоки, груши, семечки, воду. Вера вначале не обращала внимания на их выкрики, поскольку держала поводок, а песик тянул ее достаточно сильно, иногда приходилось удерживать его обеими руками. Но когда ей сунули прямо под нос желтую душистую дыню, она не устояла и купила.

Подойдя к вагону, Вера поняла, что вернуться в него будет непросто. Обе руки были заняты. Но тут, словно по волшебству, из темного вагона выпрыгнул мужчина, аккуратно подхватил Пая одной рукой под грудь, другой — под задние ноги и поставил на железный пол тамбура. Это случилось так быстро, что Вера не успела ничего сказать. Затем он взял Веру за руку, занятую дыней, и сказал: «Давайте, я не съем, честное слово!» Вера покорно отдала дыню, и сильная рука ловко подняла ее в вагон.

— Вы заводчик? — спросила Вера внезапного помощника, худощавого парня. — Вы так правильно взяли Пая, как будто всю жизнь занимаетесь собаками.

— Я ветеринар, — ответил парень.

— А, тогда понятно. Спасибо вам большое.

— Не за что, пустяки.

Поезд медленно тронулся, и Вера собралась уже было войти в свое купе, но Пай вовсе не намеревался ложиться спать. Он крутился у ног темноволосого мужчины, тыкался мордочкой в его руки, дружелюбно помахивая хвостом. Вера укоризненно покачала головой.

— Не стыдно тебе? Ты ведешь себя кое-как. Разве ты Пай-мальчик? Ты просто балованная собака.

— Зачем ругать хорошего Пая? — спокойно произнес ветеринар. — Он же знает, что всем нравится, вот и не хочет со мной расставаться. Вы можете идти спать сколько вашей душе угодно, а мы, мужчины, пошепчемся тут

о своем, о мужском, почешем друг дружке за ушками… Кстати, хочу сделать вам комплимент: вы очень хорошая хозяйка, Паю повезло.

— Почему это?

— Потому что, во-первых, не каждый хозяин знает, как правильно брать собаку, чтобы не растянуть ей сухожилия. А вы знаете: заметили ведь, как я взял. И во-вторых, далеко не всякий хозяин будет выводить своего питомца на прогулку среди ночи. Тем более из поезда. Тем более — хрупкая девушка.

Вера ничего не успела ответить, так как в этот момент проснулась Оля. Высунув в коридор заспанную мордашку, она спросила:

— Ма! Мы что, уже приехали?

— Нет, спи, зайка. Нам еще ехать и ехать.

И, обращаясь к услужливому ветеринару, на чьем лице читался немой вопрос, Вера Алексеевна с усмешкой произнесла:

— У «хрупкой девушки» замужняя дочь, так что мы с Паем все же пойдем спать, спокойной ночи.