— Хорошо.

— А вы, девушка, можете быть свободны, — обратился следователь к Юле. — Мне еще с начальником цеха беседовать и с другими сотрудниками цеха. А вы не сотрудник, как я понимаю, — съехидничал он. Но Юльку на такую «дохлую кошку» не поймаешь, когда ее откуда-то гонят, она остается именно на этом месте, из принципа, из вредности.

— А я никуда не спешу. Я еще свое производственное задание не выполнила — не записала интервью с Ельчинской.

— Вы думаете, это сейчас своевременно? Может, как-нибудь в другой раз?

— Может, — согласилась Юля. — Только про этот другой раз нужно тоже договориться.

И она направилась к Насте, которая, услышав их разговор со следователем, начала отнекиваться:

— Давай никаких интервью не будет. У меня человека на участке убили! Не смогу я.

— Тихо, тихо, не шуми! Да при чем тут интервью? Я же не сумасшедшая какая, рассуждать сейчас с тобой о смысле жизни и впечатлениях о цехе! Но мне надо сделать вид, что мы с тобой общаемся, потому что я хочу походить по твоему участку, посмотреть. Понятно? Если ты уверена, что Федора убили. Если так, надо узнать почему.

— Понятно, что ничего не понятно. Ходи, смотри, только следователь на тебя вон косится.

— Да и ладно, будет выгонять, уйду, а пока, извини, нет.

Юля сновала по участку, как рыба по знакомому аквариуму.

— Сорнева, вы что там делаете? Давайте уже с вами прощаться, — не выдержал следователь. — Надеюсь, пресса не будет делать опрометчивых выводов и заключений.

Юля перехватила недовольный взгляд приблизившегося к ней начальника цеха и поняла, с каким удовольствием находящиеся здесь мужчины вытолкали бы ее взашей.

— Ухожу, ухожу, ухожу, — с улыбкой произнесла она.

Тем более что Кевин звонил ей несколько раз, и вообще он завтра уезжает, а сегодня любимый обещал ей романтический вечер.

«Ну к черту этого гальваника Федю! Наверное, напился на рабочем месте, и пошла кровь горлом, хотя Настя говорила, что рана у него была на груди. Значит, споткнулся о ванну в нетрезвом состоянии, поранил грудь, такое у работяг возможно».

Узнать что-то у экспертов не получилось, по их словам, они были заняты, а ей со стороны казалось, что они просто глубокомысленно смотрели на мертвеца и по очереди трогали его тело. Кровь она действительно увидела, небольшую лужицу, потрясающе красную на фоне светло-серого пола.

Так, хватит! Забыть про этого Федю, забыть хотя бы на сегодняшний вечер! Дома ее ждет потрясающий мужчина по имени Кевин, и он ее любит, Юля это точно знает!

Глава 3

Она опоздала на редакционную планерку, и оправдания у Юли нет. Ее американец Кевин вчера улетел, и она отпрашивалась на целый день, а сегодня банально и примитивно проспала. Придумывать легенду для главреда она не будет, а все его претензии выслушает с поникшей головой.

— Заурский про тебя спрашивал, говорил, что потерял, — сказала секретарь.

— Вот я нашлась, проспала, Валентина Ивановна, — честно ответила Сорнева.

— А мне вот не спится, встаю в пять утра и цветы начинаю поливать от безделия. Спи, Юлька, пока спится!

Журналисты высыпали в приемную, и Мила Сергеевна не преминула язвительно заметить Юле:

— На планерку нам, конечно, ходить не надо. Мы же любимицы главреда!

— А вы, похоже, ревнуете, Милочка Сергеевна! — Но их диалогу не было суждено продлиться, потому что Заурский высунулся из кабинета и произнес: — Сорнева, давай, заходи!

— Проспала, поди?

— Да, Егор Петрович, каюсь.