— Что я вижу!

— Пенис, ну и ну!

— Не сказать, чтобы крупный.

— У моего парня примерно такой был.

Однако, дурачась и отпуская шутки, они не забывали скрупулезно записывать данные. Более крупный оказался кормящей самкой в течке. Другой — мужского пола; коренные зубы — с тремя бугорками, разрушенные; затвердевшие подошвы, обломанные когти, язвы в тех местах, где локти, колени и плечи терлись о камни. Эти и некоторые другие возрастные признаки исключали предположение, что он — детеныш самки. Вероятно, солдаты поймали «супружескую пару». Самку дома явно ждал детеныш, и, возможно, не один.

Придя в себя после воздействия успокоительного, звери судорожно затрепыхались. Они пришли в сознание и тут же, получив шок от яркого света, снова впали в ступор.

— Не ослабляйте путы, они кусаются, — распорядился Уокер, когда животные, подергавшись, впали в полубессознательное состояние.

Такие миниатюрные — невозможно, чтобы это были хейдлы, которые вырезали целые армии, расписывали пещеры наскальными рисунками и веками пугали человека.

— До Кинг-Конга им далеко, — заметила Али. — Посмотрите, каждый весит не больше тридцати фунтов. Ваши веревки их задушат.

— Не могу поверить, что вы сломали ей крыло, — сказал Уокеру биолог. — Ведь она, наверное, просто охраняла свое жилище.

— Это еще что? — резко встрял Шоут. — Неделя защиты животных?

— У меня вопрос, — начала Али. — Сегодня утром мы выступаем. А как же они? Возьмем с собой? Они ведь не комнатные зверушки. Нужно ли было их вообще забирать сюда?

Лицо Уокера, вначале довольное, вытянулось. Он явно решил, что на нее не угодишь. Шоут это заметил и кивнул Али, словно хотел ее похвалить.

— Теперь, раз уж они тут, — пожал плечами геолог, — мы не можем упустить такой шанс.

У них не было ни сетей, ни клеток, ни каких-либо фиксирующих устройств. Пока звери оставались неподвижными, биологи завязали им челюсти и привязали к рамам ящиков, растянув руки и крылья, и примотали ноги проволокой. Размах крыльев был невелик — меньше роста.

— Могут ли они летать по-настоящему? — спросил кто-то. — Или они просто приспосабливаются к условиям и планируют с высоты?

Следующий час ученые с жаром обсуждали подобные детали. Так или иначе, но все согласились, что животные принадлежат к подотряду полуобезьян, отколовшемуся от генеалогического дерева приматов.

— Посмотрите — почти человеческие лица вроде тех высушенных голов, что показывают на антропологических выставках. Какие вот у этого размеры черепа?

— Если относительно размеров тела, можно сравнить с приматами миоцена, в лучшем случае.

— Ночные разбойники, я так и знал, — сказал Сперриер. — Посмотрите на ринарий — влажный участок, где верхняя губа соединяется с носом. Как у собак. Думаю, это лемуровые. Случайно образовавшаяся колония. Подземная экологическая ниша оказалась для них доступна, и они размножились. Быстро адаптировались. Образовали разные виды. Для расселения, как известно, достаточно одной беременной самки.

— А крылья, черт бы их побрал?

Звери снова начали вырываться. Ничего не видя, они медленно извивались. Один издал звук — что-то среднее между лаем и писком.

— А чем, интересно, они питаются?

— Насекомыми.

— Они ведь могут быть и плотоядными — видите, какие резцы.

— Вы целый день собираетесь проговорить? — Это подошел Шоут.