— Ну, точно пленники. Заключенные, а не рабы.

Вашингтон держался, словно специалист по вопросам рабства.

— Видите — следы на плечах и спине?

— И что?

— Эти ссадины от переноски грузов. Заключенные, пленники, рабы — называйте как угодно.

Теперь и другие заметили. Слова Бранча заставили их попятиться.

Перепуганные, они ходили среди дыма и трупов на цыпочках. Большинство погибших оказались мужчинами. Кроме веревки, идущей от шеи к шее, на многих были кожаные кандалы. У других — железные. У некоторых в ушах висели подобия бирок или были надрезаны мочки — так ковбои помечают скот.

— Ну ладно, рабы. А где тогда хозяева?

Все немедленно согласились:

— Должны же быть хозяева. Должен быть какой-то надсмотрщик или погонщик.

Солдаты продолжали осматривать груду тел, постигая ужас случившегося и не допуская мысли, что рабы сами могли держать себя в рабстве. Они осматривали один труп за другим, однако хозяина-хейдла так и не нашли.

— Не понимаю ничего. Ни еды, ни воды. Как они вообще выжили?

— Мы же проходили мимо источников.

— Ну ладно, вода. Но рыбы я что-то не видал.

— Смотрите-ка, вот! Вяленое мясо.

Один из рейнджеров поднял длинный кусок сушеного мяса. Оно больше напоминало содранную с дерева кору или заскорузлую кожу. Потом нашлись еще такие же куски, спрятанные за кандалы или сжимаемые в руках.

Бранч рассмотрел один, согнул, понюхал.

— Не знаю даже, что это такое, — сказал майор.

Но — он знал. Человеческое мясо.

Это был грузовой караван, поняли солдаты, правда шедший порожняком. Неизвестно, куда тащились пленники, но куда-то точно тащились, и довольно далеко. Как заметил Бранч, истощенные тела имели на плечах и спинах синяки от лямок — такие узнает любой солдат — от долгого ношения тяжелой поклажи.

В мрачном гневе рейнджеры топтались среди мертвых. На первый взгляд казалось, что большинство погибших — из Центральной Азии. Это объясняло их странный язык.

«Афганцы?» — предположил Бранч.

Для его солдат они были братья и сестры. Рейнджерам найдется, о чем подумать.

Итак, противник пользуется вьючными животными. Пришли сюда из Афганистана? Но над ними — Бавария. Двадцать первый век. Вывод — ужасающий. Если враг способен провести так далеко караван рабов, то он в силах провести и войска… прямо под ногами у человека. Пройти насквозь огромные территории. В таких условиях верхний мир оказывается слепцом, беззащитным перед вооруженным грабителем. Враг может появиться в любой момент и откуда угодно, подобно кротам или муравьям.

Впрочем, разве это новость? Кто скажет, что дети бездны с самого начала не врывались в жизнь людей? Не брали их в рабство, не похищали их души, не вторгались в наши пределы? И все же новость не укладывалась у Бранча в голове.

— Смотрите, я его нашел! — крикнул пулеметчик из-за кучи тел.

Стоя по колено в кровавых ошметках, он направил свой фонарь и винтовку на что-то, лежащее на земле.

— Точно, вот он. Главный у них. Нашел-таки я ублюдка!

Бранч и прочие тут же обступили находку. Несколько раз толкнули, попинали ногами.

— Мертвый, стопроцентно, — заявил бывший студент-медик.

Он пощупал у мертвеца пульс и теперь вытирал пальцы. Это всех успокоило. Люди придвинулись ближе.

— А он покрупнее остальных.

— Обезьяний царь.

Две руки, две ноги; длинное гибкое тело переплелось с соседними. Труп покрывала запекшаяся кровь, судя по ранам — собственная. Рейнджеры внимательно его разглядывали, держа на мушке.