— Значит, вы — научный кружок, — сказала Али.

— Мы — рыцари круглого стола, и даже более того, — ответил Томас. Некоторые заулыбались. — Видите ли, я намерен найти Сатану. — Иезуит встретился глазами с Али, и монахиня поняла, что он не шутит. Как и остальные.

Али не сдержалась:

— Найти черта?

Группа нобелевских лауреатов и книжников свела поиски Зла к игре в прятки!

— Черт, — с трудом выдохнул египтянин Мустафа, — бабьи сказки!

— Не черта, а Сатану, — поправила Дженьюэри.

Теперь все смотрели на Али. Никто не спрашивал, почему она здесь — значит, им про нее известно. Неспроста Томас знает о ее планах поездки в Аравию, об изучении доисламской письменности, о поисках протоязыка. Члены общества собирали об Али информацию. Ее хотят завербовать. Что же здесь происходит? Чего ради Дженьюэри втянула ее в это дело?

— Сатану? — переспросила Али.

— Именно, — подтвердила сенатор. — Такова наша главная цель. И это — реальность.

— О какой реальности вы говорите? О черте, который является недоедающим и недосыпающим монахам? Или о бунтаре, описанном Мильтоном?

— Успокойся, — сказала Дженьюэри. — Мы, может быть, и старые, но не глупые. Сатана — понятие растяжимое. В данном случае оно отражает наши представления о централизованном руководстве хейдлов. Назовем его как угодно — верховным вождем, главнокомандующим, Чингисханом или Аттилой. А возможно, тут действует совет мудрецов или полководцев. Такая концепция вполне логична.

Али предпочла отмолчаться.

— Конечно, это слова, не более, — снова вступил Томас. — Наименование «Сатана» относится к историческому персонажу. К недостающему звену между нашими сказками про ад и геологически подтвержденным фактом его реальности. Подумайте сами. Если существовал исторический Христос, почему не мог существовать исторический Сатана? Подумайте — что такое ад? Недавние события говорят нам, что старые предания лгали — и в то же время говорили правду. Преисподняя полна вовсе не мертвых душ и демонов, однако там действительно есть люди-узники, а также местное население, которое до недавнего времени яростно отстаивало свою территорию. И хотя тысячи и тысячи лет хейдлов демонизировали в человеческом фольклоре, они, по-видимому, очень похожи на нас. У них, как вы знаете, есть письменность, во всяком случае была. Судя по руинам, они создали выдающуюся цивилизацию. Возможно, у них даже есть душа.

Али не могла поверить, что такое говорит священник. Права человека — это одно, а Божья благодать — совсем другое. Даже если у хейдлов есть генетическое родство с людьми, возможность наличия у них души маловероятна с точки зрения теологии. Церковь не признает души у животных, даже у высших приматов. Только человека ждет Спасение.

— Никак не пойму, — сказала Али. — Вы пытаетесь найти существо, называемое Сатаной?

Никто не возразил.

— Но зачем?

— Ради мира, — сказал Линч. — Если он — верховный вождь и с ним можно вступить в переговоры, мы попробуем добиться вечного мира.

— Ради знаний, — сказал Pay. — Представьте только, что он может знать, куда может нас повести.

— А если он военный преступник, — вступил Элиас, который и тут оставался солдатом, — тогда ради справедливости. Ради наказания.

— Так или иначе, — заключила Дженьюэри, — мы стремимся принести свет во тьму. Или тьму в свет.

Так наивно. Так по-детски.