Так говорила старшая сестра… И где она теперь? Может, потому и пропала, что вела себя слишком смело?

– Благодарю, – кивнула Рубин, протискиваясь в дверь мимо стражника.

Сердце колотилось от страха, кровь пульсировала в кончиках крыльев. Коридор казался слишком тесным, словно ей было не пять лет, а вся тысяча.

Неужели настала её очередь исчезнуть?

У входа в тронный зал собралась толпа. Драконы перешёптывались, вытягивая шеи и заглядывая в двери. При виде принцессы они выпрямились и расправили крылья, в глазах блестело любопытство.

Должно быть, знают о сестре и гадают, не решила ли королева избавиться от всех возможных претенденток разом. Можно подумать, она, Рубин, на что-то претендовала!

Войдя в зал, она почтительно склонила длинную шею, щурясь от яркого солнечного света, бьющего в широкие окна и отражённого золотой отделкой стен. От жара чешуи и дыма из ноздрей собравшихся придворных казалось, что входишь в погребальный костёр.

Может, и пронесёт, подумала Рубин. Не станет же королева её убивать при стольких свидетелях! Разве что…

– А, Рубин! – раздался голос матери, и все остальные тут же умолкли. – Наконец-то! Здесь многие и не видели мою младшую дочь. Когда она не на тренировках, то всё больше сидит у себя в комнате, как сонная летучая мышь. – Королева усмехнулась. – А если кто и видел, то уткнувшейся носом в какой-нибудь свиток… Тем не менее она моя дочь, хотя не очень-то и похожа.

Придворные почтительно захлопали крыльями.

– Ну что ж, – продолжала королева, – кажется, все в сборе… по крайней мере, все, кто что-нибудь значит. Я созвала вас, чтобы сделать важное объявление… Рубин, что ты забилась в угол, как сороконожка в нору? Иди, встань с братьями, тебя это особенно касается!

Драконы расступилась, пропуская принцессу. Взгляды оранжевых и янтарных глаз, казалось, обжигают чешую. Братья Кармин и Коршун стояли почти рядом, оба выше её на голову и мощнее, но между ними оставалось немного места, куда Рубин и втиснулась. Дальше за Коршуном она заметила ещё двоих братьев. И правда, все в сборе… если не считать Турмалин.

Кармин фыркнул и отодвинулся, но Коршун приветливо пихнул сестру крылом. Знает, что она скоро умрёт, и жалеет? Ему уже не раз приходилось видеть, как гибнут претендентки на престол в когтях матери. Самому-то ему нечего бояться, принцы не наследуют трона – таков закон.

Королева Пурпур сияла на своём троне роскошным ядовито-алым цветком, по-хозяйски обводя зал пронзительным жёлтым взглядом. Драгоценные камни у неё над глазами и вдоль крыльев искрились на солнце бриллиантовым блеском.

Рядом с троном стояла огромная золотистая дракониха, при виде которой душа у принцессы ушла в пятки. Принцесса Огонь, одна из трёх претенденток на Песчаное наследство, смотрела на союзников с отвращением и скукой. Все знали, что называть высокую гостью следует только «королевой Огонь», но Рубин трудно было так о ней думать. Огонь пока ещё не выиграла военный спор с сёстрами за трон покойной матери, да и королева тут уже присутствовала – та, чьи когти сжимали смертельной хваткой всё и вся в мире небесных.

С другой стороны трона возвышалась куча чёрных камней, над которыми струился дымок. Интересно, зачем королеве понадобились камни?

– Наконец-то, – фыркнула Пурпур и обвела взглядом зал, словно жалуясь на медлительность дочери. В толпе раздались смешки.