|
Мне название очень нравилось, коллегам — тоже, но представить, как оно будет выглядеть на обложке… В итоге его сократили до «Будь у меня твое лицо». Пять слов, а смысл на месте. И звучит хорошо. Хотя есть и абсолютно бесспорные, выигрышные, прекрасные исключения, такие как «Клуб любителей книг и пирогов с картофельными очистками». Здесь вышло такое звучное соединение атмосферы, основной идеи и маркера эпохи, что урезать было бы кощунственно.
• Непонятность. Находится она, правда, на стыке с тем самым символом, призывающим его разгадать. Я сама неудачных примеров не вспомню, но до сих пор регулярно вижу вопросы о том, почему «Убить пересмешника» и «Бесы» называются именно так: ни птичек, ни экзорцизма… Думаю, пункт спорный, и, если вам нужны на эту тему консультации, проще всего получить их, опросив читателей. • Пафос. Важное уточнение: неоправданный. Некоторые слова за многие годы существования «подзарядились» определенной коннотацией. Их немало, и использовать их в названиях книг так, чтобы это не вызывало лишних ассоциаций, трудно. Словосочетание «Священная война» для меня, как и для большинства обычных людей, ассоциируется с двумя вещами: Второй мировой и крестовыми походами. Мне будет не очень комфортно встретить его в упрощенном, не связанном с реальными войнами контексте, например в названии романа про офисных работников, пытающихся отвоевать зарплату. В то же время, если ваша история масштабна, если она рассказывает о значимых событиях, если она полна надрыва и огня, подобные слова и выражения могут ее украсить. «Они сражались за Родину», «Царство небесное», «Бородинское пробуждение» звучат просто прекрасно.
Не могу также не подсветить слова, которые в последнее время слегка… примелькались в названиях книг. Королевство, принц, ложь, снег, звезды, луна, свет, тьма, ведьма, розы, железо, золотой, разрушить, дверь, дом, кровь, мертвый, враг, тайна, война, время, лес, жестокий. Их популярность понятна: они одновременно и просты, и атмосферны, будят нашу любовь к сказкам. Согласитесь, «Королевство ведьм и звезд» звучит прекрасно. Уникально ли? С другой стороны, любые слова, включая эти, можно обыграть, поставив в необычные сочетания или сплетя с аллюзиями. «Дверь ноября», «Кровь и серебро» и «Чай со звездным сиянием» кажутся мне весьма удачными названиями, потому что в первом явно есть загадка, второе приятно щекочет воображение всех любителей группы «Мельница», а третье и красочно-таинственное, и уютное. Мой совет в непростом деле книжного нейминга будет элементарным: делайте запасы. Если название не пришло к вам сразу, заносите все потуги подсознания в заметки, пока пишете и редактируете книгу. Если оно помогать не хочет, используйте объективное восприятие. Вас смутно будоражит целое предложение? Запишите его. В голову приходит какой-то образ, связанный с цветом, звуком, эмоцией? Снова фиксируйте. Да, вы вряд ли сможете назвать книгу просто «Любовь», «Синий» или «Страх». Но слова как бусины: за одним нередко идет другое. По-моему, это прекрасно. Рано или поздно соберете целое ожерелье.
Приложение 7. Мистика. Фэнтези. Магический реализм
Пытаясь определить жанр истории, мы часто смотрим в первую очередь на антураж. Есть эльфы? Значит, фэнтези. Вампиры? Значит, мистика. Ничего не понятно, но очень интересно? Скорее всего, магический реализм! Но по мере знакомства с книгой (или ее написания) могут встретиться сюрпризы. Примерно так мои «Письма к Безымянной» о Людвиге ван Бетховене и его Бессмертной Возлюбленной из абсолютно классической мистики превратились в столь же классический магический реализм: рассказчик оказался слишком ненадежным, а его реальность — слишком тонкой. |
