Люди, как правило, не могут в едином порыве любить и ненавидеть одно и то же: как минимум они сначала разбиваются на группки, а уж потом любят и ненавидят, вместе-то веселее. Так или иначе мнения обо всем — от правящей верхушки до цен на гречку — должны разниться, а порой и поляризоваться. Литературной среды это тоже касается: подумайте сами, что (кроме, возможно, легкой зависти) вы почувствуете, увидев на том же «Лайвлибе» книгу с заоблачным рейтингом и полным отсутствием ругательных рецензий? Если вашей мыслью будет: «Наверное, автор такой большой молодец, что его все любят», — поздравляю: вы очень доброе существо, возможно состоящее в тайном родстве с Алешей Карамазовым, Иешуа Га-Ноцри или персонажами мультфильма «Маленькие пони». Немалая часть людей, видя подобное, думает немного иначе: «Хм, автор, наверное, скандалист и сам, или через своих боевых хомячков, или через связи с администрацией выживает с сайта всех, кто его не любит, а плохие рецензии удаляет». Или глобальнее: «Хм, видимо, книга плоская, раз ее даже поругать не за что».

С отзывами действительно работает парадоксальный принцип: книгу ругают — плохо, не ругают — тоже плохо. Можно понять: в сильном тексте почти всегда есть второе смысловое дно; поступки героев, с которыми согласятся не все; повороты сюжета, не подразумевающие однозначных трактовок и оценок. Это территория сложных отношений, спорных финалов, приемов, близких не всем, и бесконечных читательских вопросов (и разочарований, и возмущений!). Так ли хорош был тарттовский Джулиан Морроу и так ли плох Банни? Справедлива ли сама концепция того, что Фродо пришлось возиться с кольцом, а Гарри — с Волдемортом? Кто, черт возьми, такой Том Бомбадил? Существовала ли Изнанка Серого дома? Правда ли «Детям моим» нужно так много описаний, а «Дракуле» — эпистолярный формат? Так что отрицательные или частично отрицательные отзывы — еще и важный маркер… как ни забавно, именно того, что книжка удалась и там есть над чем подумать.

Именно поэтому, как бы лично вас ни задевали отрицательные отзывы, даже абсолютно, на ваш взгляд, несправедливые и вкусовые, постарайтесь принять простой факт: каждое высказываемое о книге мнение имеет а) право на существование и б) определенную ценность.

Но не каждое будет ценным именно для вас.

Написать книгу о написании книг и не затронуть хотя бы по касательной тему замечаний достаточно сложно, и, составляя план, я старалась избежать ее как могла. Но чем больше я общаюсь с авторами и читателями, тем лучше понимаю: этот вопрос важен и причиняет нешуточную боль, причем как людям, которые замечания получают, так и тем, кто эти замечания оставляет. Первые недовольны, что их обижают, вторые — что их не слушают, а порой и прикладывают на русском матерном.

Проблема понятна: мы существуем в сложном и довольно холодном мире, где каждый или почти каждый периодически испытывает острую нехватку позитивных эмоций и поддержки. И конечно же, нам приятно получить пару добрых слов о своей истории; их мы примем с благодарностью почти от кого угодно (кроме, может, чересчур навязчивых ухажеров или кровных врагов). То ли дело замечания — даже высказанные мягко, они нас хоть чуть-чуть, но расстраивают. Необязательно заставляют в чем-то усомниться, хотя не исключено и такое. Но в целом спектр реакций может быть широчайшим — от «Господи, ну почему я такой бездарь» до «Господи, почему читатель такой идиот, не понял задумки и выдает свое мнение за истину в последней инстанции» или даже «Так, а это случайно не клевета?», а также промежуточные, комбинированные вариации.