Даже если проработка пары удастся, совсем не факт, что читатели ее оценят: сыграют роль опыт (или его отсутствие) и негативные установки. Здесь всегда лежит тонкая грань выбора, угождаете ли вы чьим-то вкусам или своим. Я вот безумно люблю ядовитые, разновозрастные, взаимно-агрессивные, основанные на конфликте интеллектов и дурных страстях пары. А моим читателям сложные пары нравятся далеко не всегда.

В-третьих, отношения должны соответствовать характерам героев. Проще говоря, Пушкин достоверно объясняет, почему Онегин не влюбился в Ольгу. А вот почему Татьяна не влюбилась в Ленского, для меня остается загадкой. Хотя точно мы ведь этого не знаем?

Выделять это в отдельный пункт сложно: тема спорная, неожиданные влюбленности случаются. Пес может влюбиться в кошку, хулиганка — в отличника, существо с другой планеты — в землянина, йог — в панка, воровка — в честного полицейского и так далее и так далее, потому что почти все это просто ярлыки, которые вешают на живых существ. Но вряд ли я открою Америку, сказав, как сложно было бы реалистично описать резкий прыжок условной Гермионы от условного Рона или Гарри в объятия к условному Волдеморту. А вот представить, что подобные отношения завязались бы у условной Джинни, учитывая события «Тайной комнаты», — проще. Хотя бы потому, что мы очень мало знаем о Джинни и Томе Реддле как о дуэте, и в эту сюжетную дыру можно насадить столько ядовитого плюща, что ух!

Обычно, если персонаж достаточно раскрыт, у читателя формируются вполне справедливые представления, с кем он может сойтись и нужны ли вообще ему отношения. Из характера Евгения Базарова или Шерлока Холмса понятно, что на голову ему может свалиться только очень незаурядная женщина и, вполне возможно, одна за всю жизнь. Из характера каноничной Венди Дарлинг — что в ней заложен огромный потенциал перевоспитывать и играть роль матери, поэтому едва ли она полюбила бы юношу, похожего не на Питера Пэна, а на ее заурядного, бесконечно правильного брата Джона. Хотя, опять же, это зависит от опыта, который вы персонажам пропишете. Возможно, обжегшись на ком-то «незаурядном» или доперевоспитавшись до токсичных отношений, и Шерлок, и Венди начнут искать себе тишайшие гавани или вовсе уйдут от мысли с кем-то сблизиться. Иными словами, желание и нежелание персонажа вступать в отношения с тем или иным человеком — такая же «неслучайная» вещь, как и любой ваш сюжетный ход. И если вы хотите разобраться со своими книжными отношениями чуть лучше, то дополнительно к опорным вопросам выше можете задать еще несколько:

«В кого персонажи влюблялись до того, как нашли друг друга?»

«Зачем в принципе им вступать в отношения, чего им не хватает или чего они хотят?»

«Кто осознал чувства первым? Кто боролся с ними дольше и упрямее? Боролся ли?»

«Кто ведущий, кто ведомый или за лидерство будет борьба?»

«Если бы они не выбрали друг друга, то кого бы выбрали и почему?»

Многие из этих вещей, казалось бы, понятны по сюжету. Но, как показывает практика, далеко не всегда.

Напоследок нельзя, по-моему, не сказать об интересном феномене нашего времени. О фанатском шиппинге, об английском go down with this ship. Пока авторы размышляют, как бы создать в тексте «ту самую пару», фанаты просто берут и… делают это. И вот уже кто-то пишет фанфики о Гермионе и Драко Малфое; кто-то рисует комиксы по классической литературе; кто-то отыгрывает на литературных ролевых большую любовь маленьких пони. Шиппинг становится популярнее с каждым годом, а авторы-то иногда даже поводов не дают. Хотя бывает по-разному, кто-то уже сделал это частью маркетинга и внимательно мониторит, какие отношения ярче всего отзываются аудитории.