— Тут вы правы, — недоуменно протянула Мередит. — Но понять не могу, откуда вам это известно.

— Можете считать меня бессердечным чудовищем, — ответил он, — но для этого стоит лишь присмотреться повнимательнее. Выглядите вы отвратительно, Мерри.

— Не очень-то вы любезны, сэр!

— Верно, — спокойно согласился он, — но вы прилагаете столько усилий, чтобы казаться уродиной, что должны радоваться, когда добиваетесь цели.

— Позвольте уведомить, милорд, что на мне лучшее воскресное платье, — возмутилась она, не в силах противостоять искушению вступить в легкую перепалку. В конце концов все совершенно безопасно: светит солнышко, кругом полно народа, и братья совсем рядом. Какое невероятное облегчение — хоть немного побыть в обществе того, кто знает о необходимости притворяться и считает ее доводы в пользу такого поведения вполне вескими.

— Вы просто лишили меня дара речи, мадам.

Мерри невольно прыснула, и Дэмиен не смог удержаться от ответной улыбки:

— Но я должен потребовать небольшую награду.

— Какую же, сэр?

— Этот чепец, — пояснил Дэмиен, вздрогнув. — Боюсь, что если хотя бы еще раз увижу его, лишусь рассудка.

К этому времени они достигли границ Пенденниса, и Мередит пришлось остановиться, тем более что его светлость положил руку ей на плечо. Опыт подсказывал Мерри, что сопротивляться бесполезно и унизительно, поэтому она замерла, благодарная за то, что Сарацин с мальчиками уже исчезли за утлом, и надеясь, что, кроме них двоих, на дороге никого нет.

Держа ее одной рукой, Дэмиен развязал другой ленты чепца и стащил его с головы Мередит.

— Хотите положить этот ужас в ридикюль, или я швырну его за изгородь?

— О, пожалуйста, дайте его мне!

Мередит взяла предмет спора и сунула в ридикюль.

— Я никогда его не надевала, но посчитала, что сегодня — самый подходящий случай.

— Если у вас сохранилось хоть немного разума, леди Блейк, впредь вы воздержитесь от подобных поступков.

В его голосе прозвучали знакомые предостерегающие потки, и глаза Мередит вспыхнули.

— И что это означает, сэр?!

— Только то, что, увидев чепец еще раз, я просто сдерну его у вас с головы.

Мередит задумчиво поджала губы.

— Неужели отважитесь?

— Хотите попробовать? — спросил Дэмиен с учтивой улыбкой, но Мередит нисколько не обманулась.

— Не очень.

— Значит, вы все-таки не лишены здравого смысла.

— А по-моему, вас совершенно не касается, что я ношу или не ношу, лорд Ратерфорд, — отрезала Мередит, хотя понимала, что сопротивляется скорее для порядка. Нельзя же так просто сдаться без единого слова!

Очевидно, его светлость понял это, потому что предпочел промолчать.

Донесшиеся из-за ограды вопли положили конец словесному поединку, к огромному облегчению Мерри. Лорд Ратерфорд отверг настойчивое приглашение Роба к обеду и поставил мальчика на землю.

— До вечера, леди Блейк, — сказал он, вскакивая в седло. — С моей стороны будет не слишком большой дерзостью предложить вам немного отдохнуть? Бессонные ночи вредно влияют на цвет лица.

Мередит негодующе вспыхнула.

— Я ничего не упоминала о бессонных ночах, сэр! И нахожу ваше замечание чрезвычайно неуместным, если не сказать более.

— В таком случае я униженно молю о прощении, хотя уверен, что прав.

Небрежно помахав на прощание, он пустил Сарацина в галоп, оставив Мередит в ужасном .настроении. Несмотря на необходимость разыгрывать спектакль, тщеславие было глубоко ранено нелестными истинами, высказанными Ратерфордом, поэтому она решила провести день в постели с компрессами из гамамелиса на глазах.