— Мне надо привести себя в порядок.

— Я принесу вам воды, — с прерывистым вздохом сказала Мейган. — Займусь-ка лучше делами, а то только о Мэри и думаю.

Через полчаса Ленора была одета в бледно-голубое платье, а служанка расчесывала ее густые волосы. Ленора ждала, когда Малкольм расскажет ей о несчастье, так что ее не удивило, когда раздался легкий стук в дверь. Служанка впустила его, и, прошагав через комнату к туалетному столику, он небрежно прислонился к стене и жадно вглядывался в красивые черты той, что смотрелась в этот момент в зеркало в серебряной оправе. Вид у нее был печальный и задумчивый, и ему она казалась снежной королевой. Временами он испытывал сильное искушение разбить этот тонкий слой льда и подавить ее волю, но всякий раз удерживался, не уверенный в ее реакции. Но ничего, пройдет немного времени, и он сполна пожнет урожай своего терпения.

— Мейган, наверное, уже рассказала тебе про Мэри. — Он замолк на мгновенье, ожидая ответа, и продолжал: — Мы все просто в шоке. Сначала твое похищение, потом эта история. Не думаю, что тут есть какая-нибудь связь, но лучше, если ты не будешь в ближайшее время выходить одна. Особенно пока здесь этот корабль.

— Малкольм... — Ленора уперлась локтями в край туалетного столика и решилась: — Я знаю, что вам это не понравится, но сегодня ночью я была на «Русалке»...

— Что-о-о? — взревел Малкольм, испугав Мейган, которая даже уронила щетку для волос. — Ты отправилась туда за моей спиной? К этому негодяю! К убийце твоей сестры! Ты отдалась ему, а кто знает, может, это он сотворил такое с Мэри!

Ленора гневно вскочила на ноги. Она уже собиралась обрушиться на него, как заметила Мейган, которая оцепенела от страха. Ленора отослала ее из комнаты:

— Оставьте нас, Мейган. Мне надо кое о чем поговорить со... — тут она запнулась и неохотно закончила: — своим мужем.

Мейган заколебалась, не желая покидать хозяйку, но взмах тонкой руки не оставил ей выбора. Выйдя из комнаты, служанка закрыла за собой двери и, хоть не привыкла она подслушивать, решила побыть где-нибудь неподалеку, на случай если понадобится хозяйке. Хотя она никогда не была замужем, Мейган знала, как это бывает с мужчинами, особенно женатыми на таких красавицах, и боялась, что ссора ничего доброго хозяйке не принесет.

— Как вы смеете так говорить со мной при слугах?! — взорвалась Ленора. — К вашему сведению, никому я не отдавалась. Я отправилась на судно, чтобы попросить Эштона уйти. — Ленора так и кипела от возмущения. — С того самого момента, как я в этом доме, что вы, что отец, только и знаете, что поносить его. А ведь никто из вас даже не знаком толком с Эштоном.

— Ну да, ты-то его знаешь достаточно, — огрызнулся Малкольм. Он понятия не имел, что так влечет ее к этому человеку. Достаточно было того, что когда-то она его любила. В этом он был уверен, иначе она никогда бы не вышла за него. — Ты вот попрекаешь нас, а сама по-прежнему хочешь его. Попробуй сказать, что это не так!

У Леноры уже готовы были сорваться слова признания, но она вовремя прикусила язык. Да, я люблю его, хотелось сказать ей, но она знала, что это будет большой глупостью.

— Оказавшись в Бель Шен, я научилась уважать Эштона...

Малкольм грохнул кулаком по туалетному столику и закричал:

— А я говорю, что это больше, чем простое уважение!

Ленора надменно подняла подбородок.

— Я протестую против того, что вы навязываете мне то, что я и в мыслях не имела сказать, — заявила она. — После того несчастного случая память мою заперли в ящик, а ключа у меня нет. Вас я совсем не помню, но Эштон был добр ко мне, и, оставаясь в Бель Шен, я считала себя его женой. Так что казалось естественным...

— Ну а видеть во мне своего мужа неестественно? — нетерпеливо перебил ее Малкольм.