Веки жрицы Эйлистри затрепетали, и она простонала:

 – Халисстра…

 Халисстра отпрянула, совершенно ошеломленная, с некоторым отвращением поняв, что вознамерилась ограбить ту, которая на самом деле еще не умерла. Она мельком взглянула на камень и заметила тонкую струйку крови, стекающую из бока Сейилл в пенящиеся воды ручья. Жрица дышала хрипло и слабо, на губах пузырилась яркая кровавая пена.

 – Надеюсь, ты простишь меня, Сейилл, но мне нужны твое снаряжение и оружие, а ты совсем скоро умрешь, – заметила Халисстра. – Я решила отказаться от твоего любезного приглашения присоединиться к вашему ритуалу сегодня ночью, поскольку у меня есть другие неотложные дела в лесу.

 – Что… с остальными? – выдохнула Сейилл.

 – Ксарра была настолько добра, что умерла быстро и без утомительных разговоров. На земную девчонку я наложила заклятие и отослала ее в лес.

 Халисстра расстегнула на Сейилл пояс с мечом и сняла его, отложив подальше от умирающей дроу. Потом снова взялась за застежки кольчуги.

 – Хотя я и восхищена твоей решимостью спасти меня от меня самой, Сейилл, но все же не могу поверить, чтобы ты не предполагала, что твоя попытка обратить меня в свою веру закончится именно так.

 – Мы все… готовы… рисковать, – выдавила Сейилл. – Искупить свой грех может любой.

 Она пробормотала еще что-то и попыталась помешать Халисстре, но жрица Меларн просто отбросила ее руку.

 – Значит, это глупый риск. Ллос моей рукой покарала тебя за неверие, отступница, – сказала Халисстра. Она стянула с Сейилл сапоги, а следом и краги, защищающие ноги. – Скажи, чего ради было выбирать путь, который привел тебя к бессмысленной смерти здесь, в этом жалком лесу?

 К изумлению Халисстры, Сейилл улыбнулась, собрав для этого остаток сил.

 – Ради чего? Ради… моей души, да. – Она уронила голову на мох и уставилась Халисстре в лицо. – Я… надеялась, что и ты… – прошептала она. – Не беспокойся… обо мне. Я… искупила свой грех.

 Глаза ее закрылись в последний раз, хриплое дыхание смолкло.

 Халисстра помедлила в нерешительности. Она ожидала гнева, негодования, возможно, даже страха или презрения, но прощение? Какой же силой обладает Темная Дева над поклоняющимися ей, если они могут умирать, благословляя своих врагов?

 «Сейилл отвернулась от Паучьей Королевы, – сказала она себе, – и через меня Паучья Королева свершила свое возмездие». И все же Сейилл умерла со спокойной убежденностью, словно с окончанием жизни ей удалось, наконец, избавиться от Ллос окончательно и бесповоротно.

 – Паучья Королева да примет твою душу, – сказала она мертвой жрице, но почему-то сомневалась, что Ллос сделает это.

 – Быстрота передвижения – залог победы, – заявил Энджрел Бэнр, обращаясь к собравшимся жрицам.

 Нимор стоял рядом и наблюдал за Мастером Оружия Бэнр. Он был в числе немногих мужчин, приглашенных принять участие в Совете вместе с женщинами. Все великие Дома и не менее шестнадцати младших выставили свои отряды в поспешно собранное Войско Черного Паука, судя по знаменам, под которыми они шли. Почти тридцать верховных жриц – по крайней мере, по одной от каждого Дома, а порой и по нескольку, – заполнили вместительный командный пункт, сооруженный воинами Бэнр, следя за Энджрелом, будто хищные кошки, полулежа, сидя или стоя в соответствии со своим положением и возможностями.