Квентл и Фарон с подозрением смотрели на нее.

 – Как? – осведомилась Квентл. – Ты хочешь сказать, что Ллос не оставила тебя своей милостью?

 – Нет, – ответила Халисстра. Она опустилась на колени рядом с Рилдом и осмотрела его. Надо спешить. Если он умрет, то будет недосягаем для ее помощи. – Ллос отказала мне в заклинаниях так же, как отказала Квентл и, вероятно, всем остальным жрицам нашего народа. Однако у меня есть возможность исцелять другим способом.

 Потом она запела. Ее песня была похожа на странный погребальный плач, нечто мрачное и жуткое, говорящее о преклонении дроу перед красотой, честолюбии и мастерски исполненных черных деяниях. Халисстра играла голосом, выпевая древние слова песни, призывая магию плача, потом взялась за стрелу и вырвала ее из раны.

 Рилд дернулся, широко раскрыв глаза, и кровь хлынула Халисстре на руки, но рана закрылась, остался лишь морщинистый рубец, и Мастер Оружия, закашлявшись, очнулся.

 – Что это было? – простонал он.

 – И действительно, что это было? – повторила Квентл. Она подозрительно глядела на Халисстру. – Не то ли, что я думаю?

 Халисстра кивнула и встала, вытирая кровь с ладоней.

 – В моем Доме существует традиция, что женщины, имеющие к тому способности, могут изучать искусство  баэ'квешел,  темных бардов. Как видите, в песне есть сила, нечто, что мало кто из нашего народа дает себе труд изучить. Я училась тайному знанию бардов.

 Рилд сел, уставившись на свой нагрудник и валяющуюся в пыли окровавленную стрелу. Потом он взглянул на Халисстру.

 – Ты исцелила меня? – спросил он.

 Халисстра подала ему руку и помогла подняться на ноги.

 – Как заметил твой друг Фарон, ты слишком нужен нам, чтобы позволить тебе доставить нам неудобство своей смертью.

 Рилд встретился с ней взглядом, явно подыскивая слова для ответа. Благодарность была не тем чувством, которое большинство дроу считали обязывающим к чему-то. Мастер Оружия, наверно, задумался, что делать Халисстре с изъявлением его признательности.

 Она избавила его от дальнейших трудных размышлений, переключив внимание на Фарона, и протянула магу стальной жезл.

 – Вот, – сказала она. – Ты выронил его.

 Фарон склонил голову:

 – Признаюсь, я был поражен, увидев, что ты владеешь им, но я слышал, как ты пела в Чед Насаде. Просто стыд, что я не сумел сложить два и два.

 – Давай я осмотрю твою рану, – предложила Халисстра.

 Она вновь запела исцеляющую песнь и залечила рану Фарона.

 Она осмотрела бы и остальных и помогла бы им, если бы сумела, но Квентл остановила ее.

 – Больше никто не умирает, – заявила верховная жрица. – Мы должны идти, или наши враги наверняка налетят снова. Вейлас, веди. Держи направление к наружной стене, чтобы мы могли выбраться в пустыню, если решим бежать.

 – Очень хорошо, госпожа Бэнр, – уступил проводник. – Будет, как вы скажете.

 ГЛАВА 3

 Каанир Вок, демон-камбьюн, известный как Властитель Со Скипетром, стоял на высоком балконе над старой литейной дворфов и наблюдал, как трудятся его оружейники. Огромная плавильная печь была некогда сердцем погибшего королевства Аммариндар. Свод огромной пещеры покоился на дюжинах высоких колонн, вырезанных в виде драконов, сверкающих красным в отсветах яростного пламени и огненного сияния расплавленного металла.