|
– Не хочу, чтобы о задержании Тубуса знали здесь, в Главном управлении. Лучше вот взгляни. – Он протянул старшему лейтенанту ксерокопию визитной карточки господина Сонина и сказал: – Топай в информационный центр. Напряги наших девушек и узнай, что это за фирма «Ибис». Знакомое название, в голове вертится, а точно вспомнить не могу. Где, когда и кем эта шарашка была учреждена. Юридический и фактический адреса. Чем занимается на бумаге и чем на самом деле. Ну, ты понял.
– Ясно, еще что-нибудь? – Пробей этого начальника службы безопасности Сонина по картотекам. Он искал Елену Степанову. Ну, помнишь, детские вещи сироты Коли Степанова семи лет? Их мы нашли при обыске сельского дома, а потом выяснили имя мальчика. Так вот, с его покойной матерью в свое время очень хотел встретиться этот самый начальник службы безопасности Сонин. Адрес фирмы и телефоны, судя по визитке, московские. И Сонин, по описанию, крутой парень. Что ему понадобилось от провинциалки Степановой? С ней он не имел, не мог иметь ничего общего, и вдруг такая настойчивость. Или тут большая любовь, или большие деньги, или меня надо гнать с работы за некомпетентность. Лебедев понял, что начальник не в самом добром расположении духа. А в такие минуты лучше поменьше говорить. – Да, Саша, я сам собой недоволен. – Девяткин постукивал карандашом по столу. – Сначала долго возился со свидетелями похищения Джейн Майси, а свидетели оказались совсем никудышные, пролил море пота и получил каплю полезной информации. Позже нелегкая занесла меня к какой-то полоумной гадалке и предсказательнице. В эту загробную мистику я не верю ни на грош, только время потерял и дал фору похитителям. – Но сейчас мы на правильном пути? – Дослушай. Потом появился какой-то мальчик из детского дома. Откуда он взялся, какое отношение имеет к делу Джейн Майси? Собственно, мальчик не появился, правильно сказать, он сам исчез, а нам досталась казенная одежда из приюта для калек. Ну ответь, как свести концы с концами? Или этот мальчишка не имеет отношения к Джейн Майси? – Я не знаю. – И я не знаю, – вздохнул Девяткин. – Но мы не станем по этому случаю впадать в меланхолию, а посмотрим один интересный документ. Это расширенная справка из детского дома, где содержали сироту. Справка, подписанная директором и педагогом, ответственным за воспитательную работу. Взгляни. – Как я понял, этого Колю хотят усыновить американцы, – сказал старлей, ознакомившись с документами. – Некие супруги Лайза и Джон Бейкер. Они неоднократно бывали в детдоме. С ними приезжал русский адвокат некий Дмитрий Радченко и американка Джейн Майси, которая представилась переводчиком. В детдоме есть специальный журнал, куда заносят имена и адреса всех посетителей. – Правильно уяснил, – кивнул Девяткин. – Это я запросил такую справку в детдоме, хотел выяснить все контакты мальчишки. И вот она – улыбка фортуны. Видимо, эти супруги Бейкер и Джейн – старые знакомые. Джейн пыталась помочь им преодолеть все бюрократические процедуры и в конце концов влипла в историю. А какую – предстоит разобраться. – Разберемся, – кивнул Лебедев. Девяткин выпроводил Сашу за дверь и вдруг вспомнил одну важную вещь. Настало время навестить Веронику, старшую сестру Елены Степановой. Он уже с ней разговаривал и слышал от нее только слово «нет». Теперь он хотел услышать «да».
– Слушайте, не в ваших интересах от меня бегать. Если вы не расслышали, повторю: я – майор убойного отдела МУРа, и по пустякам людей, особенно жен известных виолончелистов, не беспокою. – Ну, говорите… – процедила в трубку Лобова. |
