Старый фарнианин выглядел старше, чем капитан Ингельс, — его зеленая кожа была очень морщинистой, а редкие волосы приобрели странный бледно-желтый цвет. Казалось, он крайне опечалился случившимся:

— Есть на Фарне те, кто ненавидит и боится вас, капитан; кто ненавидит и боится знаний, которые сделают всех людей свободными, — сказал он на английском.

— Боюсь, Ваша Мудрость, мой офицер и сам был отчасти виноват в том, что случилось, — возразил ему Ингелс.

— Девушка не являлась собственностью Ланоги, — объяснил священник. — Она считалась свободной и могла поступать, как пожелает. Действия Ланоги были направлены как против ваших людей, так и против университета.

— А что теперь станет с Ланогой? — поинтересовался Калвер.

— Если вы чуть задержитесь, то завтра сможете стать свидетелями исполнения приговора, — ответил священник.

— Мы вынуждены четко придерживаться нашего графика, — покачал головой капитан.

— Тогда я пойду, — неожиданно объявила Арлен. — Если я больше вам не нужна, то хотела бы вернуться к исполнению своих прямых обязанностей.

— Можете идти, Арлен.

— Я тоже могу быть свободен? — спросил Калвер. — Мне нужно присмотреть за погрузкой.

— Конечно, и не забудьте, что теперь вы — первый помощник.

Калвер и Джейн покинули капитанскую каюту, оставив двух стариков, которые, несмотря на то, что принадлежали разным расам, имели так много общего — два грустных старика, высказывающие друг другу свои сожаления и опасения за стаканом вина…

— Жаль старого жреца, — заметил Калвер, когда дверь капитанской каюты за ними закрылась. — Если он не проявит излишней осторожности, то мир может оказаться нарушен. Мне кажется, у баронов чешутся руки. Им нужно только найти для себя подходящее оправдание, чтобы всей своей военной мощью обрушиться на университет.

— Поверь мне, старик — не дурак, — возразила ему Арлен. — Он намного крепче, чем кажется. Думаю, что все наоборот, и ему самому хочется, чтобы бароны напали на город. Есть вещи, о которых ты, Дерек, ничего не знал. Теперь же, заняв должность первого помощника, ты познакомишься с ними.

— Например?

— Не мне говорить. Я всего лишь шеф-повар и посудомойка. Ты и сам все узнаешь.

Они расстались — Арлен прошествовала на камбуз, а Калвер направился туда, где шла погрузка. Его первая задача была весьма печальной: освободить место для тела Маклина в одной из корабельных камер глубокой заморозки. Было решено не хоронить его на Фарне, в землю иной планеты, а выбросить тело в космос, как обычно поступали с телами погибших астронавтов.

Дальше Калверу пришлось поработать с ралстоном — полезным прибором, который по сути своей представлял двухмерную модель корабля, напоминающую весы, где гирями служили весовые аналоги загружаемого необходимого груза, топлива и персонала. После нескольких неудачных попыток Калвер правильно распределил вес на время предстоящего полета. Потом он помог Бертрано — инженеру связи, теперь ставшему исполняющим обязанности второго помощника, воплотить в жизнь все расчеты ралстона .

Утро пролетело незаметно. Когда погрузочная команда сделала перерыв, чтобы пообедать, Калвер, впрочем, как и остальные офицеры, отправился на ленч. Все изрядно вымотались, готовя корабль к новому перелету.

Но в офицерской кают-компании оказалось не накрыто. Плита была холодной, а все кастрюли и прочие кухонные принадлежности закреплены на своих местах.