— Эскапист. — Он нахмурился. — Он бьет Гитлера.

— Ага, как вам такое?

Анаполь хмыкнул. Взял первую страницу за краешек, прочел две первых панели истории, затем просмотрел остальное. В темпе одолел две следующих страницы. Затем сдался.

— Знаете, мне просто терпения не хватает всякой ерундой заниматься, — сказал крупнейший оптовый торговец стрекочущими заводными жвалами на северо-востоке, откладывая страницы в сторону. — Мне это не нравится. Я этого не понимаю.

— Что вы имеете в виду? Как вы можете этого не понимать? Он сверхчеловек, мастер эскейпа, самовысвобождения. Никакие наручники не могут его сдержать. Любой замок бессилен. Он приходит на выручку тем, кто томится в цепях тирании и несправедливости. Гудини, но с примесью Робин Гуда и чуточку Альберта Швейцера.

— Между прочим, — сказал Анаполь, — я вижу, что у вас есть для этого дела сноровка. Но я не говорю, что это хорошо. — Тут крупные черты его удрученной физиономии напряглись, и вид у босса Сэмми стал такой, словно его мутит от скверного завтрака. «Он чует деньги», — подумал Сэмми. — В пятницу Джек разговаривал со своим дистрибьютором, «Сиборд Ньюс». Выясняется, что «Сиборд» тоже ищет Супермена. И мы не первые, от кого они об этом услышали. — Анаполь щелкнул пальцем по переключателю, который давал ему связь с секретаршей. — Мне нужен Джек. — Он взял трубку. — Все пытаются влезть в эту ерундовину с костюмированным персонажем. Мы должны запрыгнуть туда раньше, чем лопнет пузырь.

— У меня уже семь парней в сборе, босс, — сказал Сэмми. — Включая Фрэнка Панталеоне, который только что продал полосу «Кинг Фичерз». — Это была почти правда. — И здесь Джо. Вы сами видите, как он может работать. Как насчет той обложки?

— Бить Адольфа Гитлера, — пробормотал Анаполь, с сомнением наклоняя голову. — Насчет этого я просто не знаю. Алло, Джек? Ага. Хорошо. Ладно. — Он повесил трубку. — По-моему, Супермен в политику не вмешивается. Хотя лично я был бы не против, если бы кто-то и впрямь начистил Гитлеру рыло.

— В этом-то вся и суть, босс, — сказал Сэмми. — Уйма людей была бы не против. Когда они это увидят…

Анаполь махнул рукой, уклоняясь от полемики.

— Не знаю, не знаю. Присядь. И кончай болтать. Почему ты не можешь вести себя тихо и спокойно, как этот вот твой кузен?

— Вы сами меня попросили…

— А теперь я прошу тебя заткнуться. Вот зачем у радио есть выключатель. Ладно. — Анаполь вытянул ящик своего стола и достал оттуда коробку для сигар с увлажнителем. — Вы славно справились. Возьмите по сигаре. — Сэмми и Джо взяли себе по штуке, и Анаполь поджег двадцати центовые «лонздейлы» серебристой зажигалкой «зиппо», презентованной ему по общей подписке членами Международного общества любителей Шимановски. — Присядьте. — Они сели. — Посмотрим, что скажет Джордж.

Сэмми откинулся на спинку стула, выпуская тщеславное облако голубоватого дыма с ласточкиным хвостом. Затем он вдруг подался вперед.

— Джордж? Какой Джордж? Ведь не Джордж Дизи?

— Нет, Джордж Вашингтон. А ты как думал? Конечно, Джордж Дизи. Ведь он редактор, разве не так?

— Но я думал… вы сказали… — Протест Сэмми оказался прерван приступом надрывного кашля. Он вскочил, оперся о стол Анаполя и попытался совладать со спазмом у себя в легких. Джо похлопал его по спине. — Мистер Анаполь… я думал, я буду редактором.

— Я никогда этого не говорил.