– Мы так рады, что Зельда будет новым лицом такой известной компании, как «Корм для животных Бремера», – добавила Мадди, не совсем покривив душой.

Мадди услышала характерное пофыркивание и заблаговременно бросила Зельде еще одну конфетку. Мадди поняла, что подобрала ключ к хорошему поведению Зельды, и положила упаковку с конфетами себе в карман. Когда она услышала в очередной раз это предупреждающее пофыркивание, она вытащила из кармана еще один орешек и бросила его Зельде.

– Мы тоже очень рады, – ответила Сюзан. И хотя ее слова прозвучали не очень искренне, Мадди никак не могла осудить ее за это.

Они договорились, что Джон отвезет Сюзан с Зельдой в гостиницу, а Мадди в сопровождении агентов ФБР собиралась направиться из аэропорта прямо домой.

– Может быть, вы хотите подождать, пока я не подгоню вашу машину, или… – спросил Джон у Сюзан, пока они стояли на улице.

Флюоресцентные лампы под бетонным козырьком давали слабый желтый цвет. Темноту на стоянке кое-где пронизывали лучи высоких галогеновых фонарей.

– Пойди и подгони машину, – сказала Мадди, собираясь пока позаботиться о своих гостях, хотя чувствовала она себя на открытом пространстве очень неуютно.

Маккейб, очевидно, думал то же самое. Он расхаживал у задней двери, не показывая ни взглядом, ни словом, что он был с ними как-то связан. Однако, когда Джон, подняв воротник, вышел на улицу под дождь, Маккейб тоже переместился – причем, как должна была признать Мадди, сделал это очень незаметно. Теперь он стоял недалеко от парковки. Посторонний человек подумал бы, что он просто стоит и ждет, когда за ним подъедет машина.

– Знаете, эта ваша с Джоном идея сделать Зельду новым лицом компании «Бремер» была просто блестящей, – сказала Сюзан. – Миссис Бремер в восторге от нее.

– Я очень рада.

Мадди смотрела, как в их направлении с парковки движется машина. Это Джон? Она была уверена, что это он. Мадди залезла в карман, чтобы вытащить очередную конфетку.

К сожалению, она не смогла отыскать ни одной. Она судорожно теребила пакет «M&M's» у себя в кармане. Пусто. Конфеты кончились.

– У меня больше не осталось «M&M's», – сказала она, прервав Сюзан на полуслове, голос у нее при этом был напуганным.

– Какой ужас!

Они посмотрели друг на друга в отчаянии. Слышно было, как Зельда принюхивается, и этот звук становился все громче и громче. Мадди в отчаянии присела на корточки и посмотрела на Зельду. Ее крохотная мордашка с блестящими черными глазами была прижата к прутьям клетки.

Она завыла.

– Нет! Нет! Нет! – Сюзан сама издала звук, похожий на вой, зажала уши и затопала ногами.

– Сюзан, пожалуйста… – начала уговаривать ее Мадди.

Они услышали, как хлопнула дверца машины. Мадди повернулась и увидела, что Джон наконец вернулся и едет к ним. Мадди поймала взгляд Маккейба, который стоял и ухмылялся, наблюдая за всем этим бедламом. Зельда снова завыла. И Мадди увидела, к своему ужасу, как Сюзан, сжав руки в кулаки, затопала и разрыдалась.

– Я не могу больше это вынести, я не могу, я просто не в состоянии, эта собака – настоящее чудовище… – По лицу Сюзан ручьем текли слезы. – Она неблагодарная, никчемная тварь!

Оскорбленная Зельда еще громче завыла.

– Что тут происходит? – Джон с упреком посмотрел на Мадди и обнял Сюзан за плечи. – Сюзан…

– Я ненавижу эту собаку, – жалобным голосом простонала Сюзан и спрятала лицо на плече Джона.

– Вам надо передохнуть, – сказала Мадди в отчаянии, ей пришлось чуть ли не кричать, чтобы перебить причитания Сюзан.