— Это невозможно, командующий. Подавляющее поле «Терминус Эст» все еще работает, ни одно сообщение с поверхности планеты не дойдет до высокой орбиты.

— Но Темные Ангелы все-таки держат курс прямо на Пердитус Ультиму?

Вайосс кивнул. Его болезненные черты исказила мрачная гримаса.

— Да, они выйдут на орбиту самое большее через два часа, командующий.

— Тогда в запасе не более двух часов, чтобы наказать нашего слабоумного врага за его безрассудную храбрость. Противнику следовало бы дождаться гарантированного превосходства на орбите. Свяжись с флотом, прикажи подольше избегать столкновения. Пока Темные Ангелы будут взвешивать возможности, мы выиграем еще один час.

— Вы планируете атаку, командующий?

— Да, и прямо сейчас. Отец что — твои глаза вынул?

Тифон ударил кулаком в плечо Вайосса, заставив того потерять равновесие и врезаться в гласситовую поверхность купола, который заменял помещению и стены, и потолок. От пораженного коррозией доспеха Вайосса отделились и поднялись в воздух мелкие частицы ржавчины.

— Пока у нас есть шанс, мы должны освободить Тухулху. От нашего успеха многое зависит. Передай Грузулу, пусть атакует со стороны девятой цитадели. Мы заманим врага в ловушку, он попадет в клещи, а мы продвинемся в сторону главного комплекса.

— За Отца! — воскликнул Вайосс, склонив голову. — Хранители Могил не проигрывают.

Подземный ход, пятиметровый в высоту и вдвое более широкий, освещался узкими, пыльными и желтоватыми световыми полосами на полу и на потолке. Ржавые рельсы древней железной дороги пролегали вдоль туннелей и посадочных платформ. В обычное время место было довольно мрачным, но Железные Руки и Гвардия Смерти, появившись, озарили его красочным фейерверком.

Эхо болтерной стрельбы отражалось от стен пятисотметрового перегона. Снаряды с грохотом извергались в обе стороны, в ярких вспышках перекрестного огня. Время от времени в проломе раздавался визгливый звук, и вспыхивала миниатюрная звезда плазменного выстрела, или след ракеты красным полыханием разгонял мрак. Взрывы ракетных снарядов расцвели, подобно огненным цветам, прямо посреди шеренги появившихся в восьмой цитадели терминаторов Гвардии Смерти.

Командующий Тифон, который шел первым, рявкнул на своих легионеров, приказывая им двигаться вперед. Его, как и остальных воинов, защищала массивная модифицированная броня катафракта, окрашенная в белый цвет Гвардии Смерти.

Закругленные пластины возвышались над макушкой его рыцарского шлема, сегменты керамита прикрывали плечи, грудь и упакованное в доспехи брюхо, мощные наручи и наголенники обеспечивали защиту рук и ног. Поверх стыков брони свисала кольчуга из адамантия. К левому рукаву доспеха крепилась массивная и скорострельная автоматическая пушка. Ее двойной ствол осыпал легионеров Железных Рук градом снарядов, одновременно пережевывая ленту с боеприпасами, будто голодная собака — кусок сухожилия. В правой руке Тифон держал Жнеца Смерти, нечестивый клинок, силовую косу. Это был символ положения самого Тифона и к тому же уменьшенная копия оружия примарха Мортариона. Силовое поле клинка озаряло желтоватым светом белую броню окружавших командира терминаторов.

Авангард из двадцати воинов поддерживали тяжеловооруженные терминаторы, они вели ураганный ракетный огонь поверх голов боевых братьев. Взрывы швыряли в воздух вражеских легионеров в серебристо-черной броне, одновременно сдирая пластитовую облицовку со стен туннеля. В ответ ревели скорострельные болтеры, но невредимые Хранители Могил продолжали идти под яростным огнем противника. Железные Руки, которые не могли на равных сражаться с тяжеловооруженными и закованными в мощную броню врагами, отступили, впрочем, сами Хранители Могил продвигались медленно.