проклинала  себя  за  то,  что  у  меня  вот-вот  скатится  слеза.  Он  пристально  посмотрел  на

меня и сделал глубокий вдох.

— У меня еще остались вопросы.

Я не могла ответить. У меня в горле стоял ком, и я боялась, что если начну говорить, то

слезы польются сами по себе. Я посмотрела на него и ничего не сказала.

— Ты хочешь, чтобы между нами все закончилось?

Слеза  медленно  скатилась  по  моему  лицу.  Джек  бережно  смахнул  ее,  пока  ждал  моего

ответа.

— Нет. - Я отрицательно качнула головой.

В  динамике  объявили  о  том,  что  посадка  заканчивается.  Сиенна  крикнула  мне,  чтобы  я

пошевеливалась.  Джек  снова  поцеловал  меня.  Когда  по  пути  в  самолет  я  оглянулась,  он

Я  была  вырвана  из  своих  мечтаний  бойкой  стюардессой.  Мне  потребовалась  минута,

чтобы  привести  мысли  в  порядок.  Я  пребывала  в  каком-то  тумане  и  была  не  совсем

уверена. То ли я только что проснулась и вся прошлая неделя была сном, то ли это было

действительно незабываемым воспоминанием.

—  Мне  водки,  а  ей  -  бокал  красного  вина.  Простите  её.  Всю  прошлую  неделю  она

трахалась с шикарным незнакомцем и, кажется, до сих пор не может прийти в себя.

Сиенна  улыбнулась  потрясенной  стюардессе,  приятной  на  вид  женщине  лет  сорока,

носившей слишком много нашивок на своей топорщащейся униформе. Судя по ее лицу, я

была  уверена,  что  стюардесса  не  привыкла  к  таким  сквернословам  как  Сиенна,  которые

летают  первым  классом.  Я  осмотрелась  и  увидела,  что  большинство  людей  выглядело

воспитанными и изысканными. Они были одеты скорее для вычурного теннисного матча,

чем  для  двенадцатичасового  перелета  из  Гонолулу  в  Нью-Йорк.  Сиенна  бы  выделялась,

даже если бы ее рот не был как у дальнобойщика.

Сиенна  МакАлистер  -  моя  лучшая  подруга  с  третьего  класса.  Мы  стали  родственными

душами с нашего первого занятия в хоре, когда поняли, что можем  петь в естественной

гармонии друг с другом даже без музыки. Двадцать лет спустя наши жизни развели нас по

разным путям, но это никак не ослабило нашу связь.

Кроме того, что мы были ровесницами, у нас не было ничего общего. Сиенна выглядела

так,  словно  только  что  вышла  из  рок-группы:  растрепанные,  густые  темные  кудри

ниспадали  на  белоснежную  кожу  и  черную  обтягивающую  одежду,  вкупе  с

зашнурованными  кожаными  ботинками  на  пятидюймовой  платформе.  Если  ее  пышные

формы,  затянутые  в  облегающую  одежду,  недостаточно  привлекали  внимание,  то  сотни

браслетов,  доходящие  ей  до  половины  руки  и  мелодично  позвякивающие  во  время

движения, исправляли ситуацию.