На лице Беннета отразились печаль и боль.

– Том…

– Не смей называть меня так! – резко выкрикнул Томас. – Я старший брат. Я наследник имения. Изволь относиться ко мне с подобающим уважением. Ты всего лишь…

– Заткни пасть! – рявкнул Сайлас.

Томас съежился в своем углу:

– Но отец…

– Хватит, я сказал! – Сайлас грозно уставился на своего старшего сына и не отрывал глаз, пока тот не покраснел. Потом мистер Грэнвиль поудобнее устроился в кресле и снова обратил свой взор на Беннета. – Чего ты хочешь от меня?

Беннет посмотрел на старшего брата, словно хотел извиниться, но тот проигнорировал его. И лишь потом ответил:

– Не знаю, отец.

Вид Грэнвиля-отца выдавал некоторую неуверенность. Но ответ сына подействовал на него словно живительный бальзам.

– Я член городского магистрата и должен поддерживать такой порядок, какой считаю правильным.

– Дай мне хотя бы увидеться с ним.

– Нет. – Сайлас покачал головой. – Он опасный преступник. Пустив тебя к нему, я поступлю безответственно.

Этого нельзя допустить, пока действия его подручных не будут признаны правильными. Они долго били Пая, пока тот не свалился с ног окончательно, но этот негодник до сих пор отказывается говорить. Еще несколько дней, и он будет сломлен окончательно. Да он непременно сломается. Тогда Сайлас спокойно вздернет его на виселицу. И уже никто – ни Бог, ни король – не смогут ничего возразить.

Да, черт возьми, он будет ждать, сколько потребуется.

– Очень, очень жаль. – Беннет взволнованно ходил по комнате. – Я ведь знаю его с детских лет. Он мой… – Он прервал, начатое было предложение, и махнул рукой. – Пожалуйста, позволь мне поговорить с ним.

Его любимый мальчик давно ни о чем не просил, давно не умолял своего отца. Он забыл, что мольбы делают противника только сильнее.

– Нет. – Сайлас с сожалением покачал головой.

– Он еще жив?

Сайлас осклабился:

– Да, жив, но это ненадолго.

Беннет побледнел, уставился на отца, и, казалось, вот-вот собирался его ударить. Сайлас рассвирепел окончательно.

– Черт тебя побери, – пробормотал Беннет.

– Это уже почти случилось.

Беннет развернулся, подошел к двери и распахнул ее. На порог комнаты чуть не упал маленький щуплый паренек.

– Это еще что такое? – прорычал Сайлас.

– Мальчик со мной. Заходи, Уилл.

– Скажи своим слугам, чтобы не подслушивали под дверями, – медленно проговорил Сайлас.

Эти слова по какой-то необъяснимой причине заставили Беннета остановиться и повернуться к отцу, Беннет переводил взгляд с мальчика на Грэнвиля-старшего.

– Ты и вправду не знаешь, кто этот парень?

– А что, должен? – Сайлас, наконец, взглянул на паренька. Каштановые волосы юнца что-то действительно напоминали ему, но он отбросил сантименты. – Этот парень – никто.

– Господи, я просто не верю своим ушам, – Беннет уставился на отца. – Мы все только пешки в твоих руках, так ведь?

Сайлас мотнул головой:

– Ты же знаешь, я не люблю загадки.

Но Беннет уже взял паренька за плечо и направился вон из комнаты. Дверь за ними звонко захлопнулась.

– Неблагодарный сын, – прошептал Томас из своего угла. – После того, что ты сделал для него, отец, после всего, что я пережил, он просто неблагодарный щенок.