– Ты один? – спросила я на всякий случай.

– Я вообще по жизни один, – подтвердил Мишка.

Мы оказались в просторной гостиной. Несмотря на то, что планировка у нас была одинаковы, квартира Мишки, из-за отсутствия громоздких вещей, казалась мне просторнее.

– Садись! – Он показал рукой на допотопный и продавленный диван.

Я подчинилась.

Он устроился, напротив, в кресле, после чего разрешил:

– Выкладывай!

– А что выкладывать? – переспросила я, собираясь с мыслями.

– Зачем пришла?

– Помнишь, ты предположил, что у меня замок заело из-за того, что кто-то хотел его открыть отмычкой? – спросила я.

– Конечно.

– Так вот, всё равно открыли…

– Настойчивые ребята, – пробормотал он и задался вопросом: – У тебя там что, мёдом намазано?

– Я думаю, что так и есть!

– А поподробнее? – потребовал он.

– Я в лесу нашла выброшенную кем-то железяку, которую искали, а теперь за ней пришли ко мне домой, – сказала я на одном дыхании.

– Так, – протянул Мишка и перечислил по порядку интересующие его моменты: – Что за железяка, в каком лесу и кто её искал?

– Меня один таксист подвозил из пансионата, – начала было я, и тут поняла, что придётся рассказать еще, что за пансионат и осеклась. Ещё вдруг стало ясно, что и про смерть Рольгейзер он тоже должен знать. Осознание того, что нужно рассказывать чуть ли не всю свою историю, закончилось вопросом:

«А зачем собственно я к нему припёрлась? Что он может? Дать совет? Так уже дал. Менять замок и заводить собаку. Оба не для меня. Пойдёт ко мне ночевать, на случай появления визитёров? А готова ли ты к тому, что этот тип останется на ночь?»

Я украдкой посмотрела на его впалую грудь, опустила взгляд ниже и остановила его на засаленных коленках. Ведь как не крути, а мужчина ещё в самом репродуктивном возрасте. Войдёт в роль заботливого опекуна и подобно Лёшке-Контексту полезет ко мне под одеяло. Я в принципе не против секса, но не с таким типом. Это ведь самый настоящий обитатель дна, только с собственной квартирой, которую чудом ещё не пропил. Так сказать асоциальный тип. Да мало ли чем он ещё болеет? Может у него гонорея в запущенной форме или ещё того хуже – СПИД! В этом месте я зависла. Возникла долгая пауза.

– До тебя дошло, что не по адресу обратилась? – просчитал он мои мысли.

– С чего взял? – Я растерялась.

– Не трудно догадаться.

– Ты проницательный человек, – похвалила я. – Действительно, а ты здесь причём?

– Начнём с другого конца, – принял он решение. – Покажи мне предмет, который ты считаешь поводом посещению грабителей.

– Не могу показать, – призналась я.