Элис взглянула на нее, приподняв одну бровь.

— Все дни… почти. Похоже, у него это не плохо получается.

Рене отрицательно покачала головой, стараясь себя убедить, что ей все же необходимо напомнить своей подруге, чтобы она оставалась на ее стороне.

— Нет. Он славится этим. О нем ходит легенда, что он оставил шлейф из журналисток. Он любит охотиться на женщин. Преследование — это, конечно, хорошая история, но преследование непреступной женщины — совсем другая история. Он скоро устанет и двинется дальше, я уверена.

Элис фыркнула в ответ.

— Ну, конечно.

— Что?

— Ты серьезно!? Таким образом, ты себя успокаиваешь? Я не тупая, и наслышана о репутации Маркуса Эмброуза. Черт, целая колонка в Capital City Chatter была посвящена ему, как только он устроился на WNN. Но я слышала также и другое — несколько недель назад кое-что случилось в баре, и это близко не было связано с охотой.

Сердце Рене забилось быстрее, и ей пришлось дышать медленее, чтобы не показать своего волнения.

— Не знаю, о чем ты говоришь, — усмехнулась она.

— Если ты этого до сих не признаешь, я прихожу к вывожу, что ты ужасно упряма. Этот великолепный образчик мужчины настолько сильно проявляет к тебе свои чувства, что только слепой способен их не увидеть. Хочешь ты того или нет, но ты поймала на крючок Маркуса Эмброуза, и, если бы я была на твоем месте, я бы наслаждалась каждой минутой, пока есть такая возможность.

Рене насторожилась на фразе «пока есть такая возможность». Поскольку именно в этом и крылась сама проблема. Даже если бы Рене думала, что Маркус относится к ней серьезно, она не могла себе представить, что в ее мире он может к ней испытывать серьезные чувства. Он был для нее таким далеким, он находился где-то за пределами ее досягаемости, она даже захихикала, думая об этом. Рабочий день Маркуса Эмброуза намного отличался от рабочего дня Рене, настолько отличался, как настоящий Санта Клаус.

Она покачала головой из стороны в сторону, прогоняя мысли — надежды и свои фантазии.

— Мужчины такие, как Маркус, не остепеняются. Я имею в виду, посмотри на его брата. Он может получить любую светскую львицу, которую захочет. Пару раз он встречается с ней, затем покупает ей бриллиантовое колье и переходит к следующей. Он может себе это позволить. И тоже самое может себе позволить и Маркус. Нет ни одной причины, из-за которой бы он захотел бы вдруг «подсесть на крючок» и продолжать осаду недоучки, имеющую у себя за спиной больную мать и брата, чуть ли не преступника.

Элис закатила глаза и поднялась.

— Хорошо, мадам-страдалица. Можешь успокаивать себя этим. Я обещаю, что мы пройдемся с Дэвидом по магазинам, чтобы приобрести ему новые шмотки перед тем, как он вернется в январе в школу.

— У меня нет денег, чтобы покупать ему новую одежду, — ответила Рене, крепко поджав губы. — И он знает об этом.

— Да, знает, но это своего рода мой подарок ему, в связи с возвращением домой, поэтому он не будет напрягать тебя.

Элис направилась в сторону спальни, окликая Дэвида, и Рене улыбнулась, взяв свою сумочку, при этом подумав, возможно, было не столь уж важно, что большинство друзей ее покинули. Элис стоила их пятерых.9.Дереку необходимо было присутствовать на благотворительном приеме, поэтому он уехал из офиса в четыре часа дня. Рене нравились такие дни, когда он уезжал рано. Большинство его сотрудников работали по контракту. Политические аналитики, исследователи, социологи. Они работали консультантами из дома, изредка приезжая в главный офис для совещания, Дерек предпочитал держать их на расстоянии.