– Правильно, – поддержала Людмила Никифоровна. – Сходите вместе.

Она перекрестила нас перед выходом. Гриша летел из квартиры на всех парах. Я с трудом за ним поспевала.

– У меня машина стоит за углом, – сообщила я. – Можем в ней посидеть. Или тебе в самом деле надо пива купить?

– Да нет, хватит уже. Пошли в машину.

Я вздохнула с облегчением.

– Думаешь небось: почему я у нее живу? – слегка усмехнувшись, спросил Пахоменко.

– Думаю, – признала я. – И не могу догадаться.

– А все равно мне было, понимаешь? Я как узнал, что Надька… Она ведь ко мне на все свидания ходила, передачки носила, ребята мне еще завидовали, а оказалось…

Он задумался. Мы сели в машину, я на всякий случай отъехала от дома подальше – чтобы не встретить Гришиных знакомых. Ведь Пахоменко здесь вырос и его тут знает каждая собака. А стекла у меня в машине нетонированные.

Он прикрыл глаза, потом начал говорить. О многом. О чем думал, пока у Хозяина был, о своих мечтах… Ему хотелось выговориться, причем так, чтобы выслушала его именно женщина. Общения с мужчинами за последние годы у него было предостаточно.

Он понял, насколько любит жену, только в «Крестах». А может, и полюбил ее по-настоящему только там, когда она на набережную ходила, на свиданки прорывалась. Понял, насколько нужны ему близкие люди. Самое ценное, самое дорогое, что есть у человека, – это родные и друзья. Деньги, власть, квартиры, машины, барахло там всякое – ерунда. Без всего можно прожить, человек – это такое существо, которое к любым условиям приспособиться может. Но думает о своих. Постоянно. Во сне их видит, такие детали вспоминает – сам удив