-  Да, Владимир Петрович возможно и Маршал, - покорно согласился Тим и скормил Женьке очередную черешню.

    Напоил прохладной водой, чуть сильнее качнул гамак, чтобы хоть какое-то подобие движения воздуха возникало в этом недвижном полуденном зное. И потом покорно вынес наказание за болтовню - пять отжиманий. Угу, десять его попросту убили бы - вон какая мордашка красная от натуги! А сердечко трепыхается и тарахтит, словно мешок угля поднял - Женька однажды на спор перекидала через плечо содержимое трёхтонного самосвала, что привёз на зиму уголь бабе Мане. Ничего пошло, хотя лучше таких нагрузочек избегать - динамику, быстроту и координацию отшибает напрочь.

    А вот сестра говорила - что-то там ещё таки виднелось за этими девчачье-красивыми серо-голубыми глазами, но Женька хладнокровно пресекла всякие трепыхания и поползновения на корню. Теперь я тебе старшая сестра! И лупцевать буду так и до тех пор, пока что-то пристойное из хлюпика не получится.

    Сестра? Хм-м… а как же - Тим непроизвольно облизал губы и так мило заалелся, что Женька в немом возмущении задрала глаза к замершей над головами листве. Неужто понравилось - это - и этому?

    Упс… в ответном взгляде скользнуло такое, что теперь пришёл её черёд изо всех сил сдерживаться, чтобы не пустить на щёки румянец. Оказывается, у Тима с Джейн такое было первый раз. Обычно любая женщина, оставшись с принцем наедине, просто укладывала того на спинку и, приведя в нужное состояние да задрав свои юбки, быстренько принималась лакомиться. Только лишь родственницы такого себе не позволяли - разве что троюродная сестра, но с той по крайней мере было почти не противно.

    Женька отвернула глаза и вздохнула. Божечки ж ты мой, да чем тут лакомиться? Росточку едва с её сто семьдесят два, все из себя такие манерно-изнеженные. А характер пластилиновый - ну прямо тебе розовый плюшевый зайчик, только и годный, чтобы лупоглазо украшать подушку в девчоночьей спаленке. В детском смысле, а не в альковном. Миленькая безобидная игрушечка, в общем… хотя кто их, этих баб, разберёт…

    А ну-ка, десять раз качнуть пресс… а в награду, так уж и быть - Женька потянулась рукой и вылила на макушку парня ковшик ещё не нагревшейся колодезной воды. Блин, да она сама за десятую долю таких издевательств давно порвала бы хоть кого на клочки да пустила по закоулочкам. А этот ничего - обтекает да осторожно утирается. Полотенцем, представьте - а не рукавом как порядочные люди!

    Вот же ж послала судьба братца…

    -  Не хочешь мне свидание назначить - вечерком на том же месте? - она перевернулась набок, опёршись головой на руку, и даже нашла в себе силы утянуть ещё одну черешенку - но без сгущёнки. - Но бить буду чуть сильнее.

    Боялся, ещё как боялся - маменька с Принцессой пыхтели аж пар из ушей, пока приняли надлежащие меры и свели побои. В принципе, Тим и сам мог бы - да куда быстрее и лучше. Но когда в голове поселился целый выводок нахально жужжащих пчёл, а один глаз заплыл в щёлочку куда тем китаёзам, оно как-то не того. Да и матушке практика нужна, опять же… И всё-таки, Женька медлила, не спешила вынести окончательный приговор и произнести тряпка .

    Что-то удерживало её от неотвратимо накатывающегося неизбежного. И когда Тим осторожно, неуверенно кивнул, она ощутимо расслабилась. Растеклась на жаре как кошка под гладящей её рукой.

    -  А… - в неприлично красивых глазах мелькнул вопрос - и с такой где-то в неимоверной глубине спрятанной надеждой, что Женька смежила веки и разорвала контакт.