— Нет, — сказал папа. Его голос звучал странно. — Миа, ты не поняла Её кампания по поддержке меня. А не против меня.

— Что? — спросила я его, затаив дыхание. — Что ты сейчас сказал?

— Всё верно, — сказал папа. — Я просто подумал, что ты должна знать. Я отправил тебе ссылку по электронной почте. Я очень мило. Я не могу представить, как она это сделала. Ты же говорила, что она продвигает своё шоу в Корее? Я думаю, что у неё там есть люди, которые соединяли это всё...

— Папа, — сказала я, чувствуя, что мне плохо. — Мне пора идти...

Я повесила трубку, и сразу начала проверять электронную почту. Прокручивая все сообщения от бабушкиного истеричного Что я одену на выпускной бал и на следующий день на вручение аттестатов (как будто это имеет значение), я нашла сообщение от папы и сразу нажала на него. Началось воспроизведение.

Он был прав. Это было очень мило. Это был клип на 60 секунд со всеми знаменитостями на моей вечеринке — Клинтоны, Обама, Бэкхемы, Опра, Брэд и Анджелина, Мадонна, Боно и остальные — и все говорят приятные, прекрасные вещи о моём отце, о том, что он в прошлом сделал для Дженовии, и как избиратели Дженовии должны его поддерживать. Между краткими рассказами звёзд были вставлены прекрасные снимки Дженовии (которые, я думаю, Лили сделала во время её путешествия туда со мной), а именно, сверкающие заливы, зелёные скалы, белоснежные пляжи, и дворец, всё это выглядит нетронутым туристами.

В конце ролика говорится: "Сохраним историческое великолепие Дженовии. Голосуйте за принца Филиппа".

К тому времени, когда музыка — а это была баллада, написанная Майклом во время существования группы Скиннер Бокс — закончилась, я была вся в слезах.

— О Господи, ребята, — сказала я. — Вы должны это видеть.

Затем я передала телефон по кругу и всем показала это. Вскоре, почти весь стол был в слезах. Ну, за исключением Джей Пи, который ещё не вернулся, и Бориса, который не так эмоционален.

— Почему она это сделала? — спросила Тина.

— Она всегда старалась быть крутой, — сказала Шамика. — Помнишь?

— Я должна её найти, — сказала я, всё ещё плача.

— Найти кого? — спросил Джей Пи. Он наконец-то вернулся после переговоров с Шоном Пенном.

— Лили, — сказала я. — Посмотри, что она сделала.

Я дала ему мой телефон, чтобы он увидел её ролик. Он посмотрел и нахмурился.

— Ну что ж, — сказал он, когда ролик закончился. — Это было... мило.

— Мило? Это удивительно! — сказала я. — Я должна её поблагодарить.

— Я не думаю, что ты должна это делать, — сказал Джей Пи. — Она обязана тебе. После того, как она сделала тот сайт о тебе. Помнишь?

— Это было давно, — сказала я.

— Да, — сказал он. — Пусть так. Я всё же посоветовал бы тебе остерегаться её. Она же Московитц.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я. Джей Пи пожал плечами: — Ну, Миа, ты должна знать. Ты должна понимать, что Лили чего-то хочет в ответ на свою очевидную щедрость. Как и Майкл, не так ли?

Я смотрела на него в полном шоке.

С другой стороны, может быть, я не должна так удивляться. Ведь он говорил о Майкле, о парне, который разбил моё сердце на много маленьких кусочков... которые Джей Пи помогает мне снова собрать.

До того, как я успела что-нибудь сказать, Борис сказал:

— Смешно, что я этого не заметил. Майкл предложил мне жить с ним в следующем семестре.

Это заставило нас всех повернуть к нему голову, как будто он был счётчиком стоянки, который волшебным образом начал разговаривать.

Тина была первой, кто очнулся.

— ЧТО? — спросила она у своего парня.