– К тебе или ко мне? – спросил Воропаев.

– К тебе, – не задумываясь, ответила я.

– Поехали.

Он снова взял меня за руку и повёл. Видимо, какой-то короткой дорогой, потому что мы очень быстро вышли к Марине и его друзьям.

– Мы вас потеряли! – заявила Марина.

– Мы, собственно, попрощаться, – улыбнулся Воропаев и поймал нам такси. Как оказалось, любовь всей моей жизни живёт на Комендантском.

У него была стильная и какая-то очень мужская квартира с мебелью в стиле хай-тек, с камином и огромной плазмой над ним. Мы сразу же оказались в спальне.

Он ещё не знал, что…

Он подхватил меня на руки и бросил на кровать. Мы просто таяли друг в друге. Очень скоро на нас не осталось ничего из одежды.

Всё было не так, как в романах. Данила прилично выпил, и получилось далеко не сразу.

– Не пейте, люди, и всё будет получаться, – прокомментировал он.

Мне достаточно было просто лечь и лежать рядом с любимым.

Утром мы пили кофе на его стильной хайтековской кухне.

– Повторяю вопрос: почему ты мне не сказала?

– Потому что не хотела тебя пугать. Я люблю тебя, Даня.

– Ты меня совсем не знаешь. Я очень падок на красивых женщин. Было такое, что я жил с одной женщиной пять лет и не изменял ей, но это было давно. Ты очень красивая, но… Я ужасный человек.

– Нет. Ты очень хороший.

– Я очень плохой, Ася.

Я поцеловала его. Чтобы он молчал и больше на себя не наговаривал.

Потом он вызвал такси, и я отправилась в общежитие, где меня ждала, сгорая от нетерпения, Маришка.

– Ну? Как всё прошло?

– Всё прошло просто здорово! Ты оказалась права – у него куча комплексов, но это, думаю, пройдёт со временем.

Весь день я ждала, что он позвонит. Вечером позвонила сама. Абонент был недоступен.

– Подожди, рано ещё паниковать, – утешала меня Маришка. – Хотя, конечно, не стоило вот так сразу бросаться в его объятия. Надо было создать интригу, набить себе цену, дать понять, что ты девушка серьёзная. Думать головой, в общем.

– Разве можно думать головой, когда так сильно любишь?

Утром в издательстве я узнала, что он отправился в путешествие на яхте, как и планировал. Причем продлится плавание аж три недели. Вот здорово! Но почему он ничего мне не сказал?

Когда Воропаев вернулся из круиза по Эгейскому морю, он вызвал меня и заявил, что нам нужно ограничить общение. Трус. И что он, видите ли, слишком много времени тратит на беседы со мной, вместо того чтобы продвигать свой прекрасный журнал на первое место в рейтинге самых прекрасных автомобильных журналов России.

И тогда я написала ему это письмо. Что, вообще-то, я его люблю, но, раз он такой чёрствый козёл, я увольняюсь. Дня три мне названивали начальники отделов, кадровик и прочие служащие, зазывая назад, в стройные ряды автомобильной прессы. Я держалась и даже отметила с Маришкой в суши-баре начало новой свободной жизни. Вот в тот вечер он и написал. Предложил заняться сексом. Мою любовь как ветром сдуло.

Зато проснулась тоска по работе. Но возвращаться уже никак нельзя было. Впрочем, другой работы для Аси Земляникиной в любимом Питере тоже не было.

Когда-то я мечтала о карьере. Но однажды, после летней практики, меня не взяли на Пятый канал: сказали, им своих корреспондентов девать некуда, тем более девочек. Потом не взяли на НТВ-Петербург, потому что у меня слишком высокий для новостей голос, и, наконец, не взяли на радио «Балтика». В это автомобильное издательство я попала чудом и такого счастья не ценила.