- Мне страшно, - признался братишка, - Родни, поворачивай назад! – вдруг выкрикнул он. – Я не могу! – он начал ослаблять галстук, его лицо раскраснелось, точно мы были не в автомобиле под кондиционером, а на пляже в тридцатиградусную жару. – Кейтс, я грохнусь в обморок, - он в панике дернул меня за руку. – Там Дэвид Бэкхэм! И Клуни! И Анджелина! Кейтс, там Анджелина! Я не могу мило беседовать с ними! Я…

- Мэтти, соберись, - я встряхнула его за плечо. – Все у тебя получится, - никогда не видела брата таким, если честно. Мне стало за него страшно. Родители тоже нервничали, ничего не ели целый день, но до этого момента Мэтти казался совершенно спокойным, как и всегда. Он с удовольствием оделся в костюм и даже похвалил мое платье, что случается крайне редко, разве что он в очень хорошем настроении. Кстати, об этом.

ГОЛЛИВУДСКИЙ СЕКРЕТ №8: то, что наряды с различных красных дорожек сидят на надевших их знаменитостях, как влитые – не совпадение. Практически ни один человек из Голливуда не может обойтись без стилиста, но многие идут еще дальше: их образы для выхода создаются исключительно по их меркам и под их контролем от начала и до конца. В этом случае можно быть уверенным, что одежда подчеркнет все, что хотелось бы подчеркнуть, а остальное искусно скроет. Многие дизайнеры присылали мне свои платья специально для сегодняшнего вечера, кто-то даже сшил его специально для меня, но только Джей Годфри – волшебник, в чьем творении я сегодня предстану перед публикой – сотворил настоящее чудо. Это произошло так: сначала, в офисе Джея, мы обсудили, что мне хотелось бы надеть. Я пролистала несколько его альбомов с зарисовками, а уже через неделю он показал мне наброски платья идеального цвета и фасона. Когда я надела готовое платье, то сразу поняла – это оно.

Темное платье и серебристой расшивкой было облегающим до бедер, а затем расклешалось и падало вниз изящными складками. У него был небольшой шлейф, который можно было закрепить как украшение для юбки, чтобы он не мешался во время танцев. Это платье было так прекрасно, что я не стала надевать ни одного аксессуара к нему. Прическа тоже была великолепна: Пол завил мне волосы и заколол пряди серебряными заколками. Шелли сделала мне макияж – «смоки-айз», румяна и светлая помада.

Мама была в восторге от нашего с Мэтти вида, она сделала сотню фотографий перед выходом из дома, словно мы собирались на выпускной. Хотя, конечно, если бы я шла на выпускной, я шла бы с Остином. Как бы мне хотелось, чтобы он был здесь сейчас, а не просто просматривал эти снимки завтра!..

- Готовы, детки? – Родни остановил машину. Мы с братом переглянулись.

- Ты готов? – спросила я. Мэтти кашлянул.

- Ага. Ты только не отходи далеко, ладно?

Вот он и успокоился.

- Конечно. Будем неразлучны.

Я не стала говорить Мэтти, что он мне нужен был так же сильно, как и я ему. Как бы захватывающе это все не было – поход на вечеринку к Vanity Fair, встреча со многими звездами первой величины – я чувствовала себя невероятно одинокой. Мои коллеги не приглашены, Джина – моя подруга-актриса – в другой стране, а Лорен с Авой, конечно, будут здесь, но мы не настолько близко дружим, чтобы я предложила им пойти вместе.

Дверь автомобиля открылась, Родни помог нам вылезти. Немедленно послышались щелчки фотокамер и крики: «Кейтлин, взгляни сюда!».  Теперь и я начала нервничать.

Мэтти направился ко входу первый, я – следом за ним. Ресторан «Мортон», где сегодня проводится прием, был оформлен дизайнерами из «Vanity Fair»: логотип журнала украшал вывеску, у входа стояло множество людей в черных костюмах, а в двери входил, кажется, заместитель главного редактора.