Конечно, втайне я надеялась, что мне не придётся всё это завтра говорить, но лучше подготовиться, на всякий случай. В такие моменты от принцесс ждут красивых возвышенных речей, и неловко получится, если я буду мямлить что-то неразборчивое.

Я вернулась в кровать, взяла с тумбочки ночник и потрясла его. Рыбки тут же проснулись, засуетились и начали светиться.

– А платье? – спохватилась я. – Наверное, нужно было заказать что-то белое, но универсальное – чтоб и на свадебное похоже и, в случае чего, в саван удобно было перекроить.

На полпути к двери я повернула обратно: поздно, придворная модистка уже спит. Единственная, кто мог бы мне помочь, – фея со скороножницами, но у неё заказов тьма, на год вперёд. Да и папе я обещала не переступать порог комнаты до завтрашнего утра.

Я вздохнула и взяла с комода гребень для придания блеска.

– Ах, какие у вас восхитительные локоны, принцесса, – льстиво проворковал гребешок. – Аки златый плащ.

Я высунула язык:

– Подлиза!

Но всё равно приятно.

Отсчитав положенные по числу лет семнадцать раз, вернула гребень на место и прошлась по своему златому плащу следующим – для придания объема. И в тот момент, когда потянулась за третьим – с ароматом орхидей, за окном послышался шум и в проёме мелькнули рыжие завихрения. Не знай я Мику, решила бы, что снаружи пожар.

Я тут же бросилась к окошку. Мика висел, вцепившись одной рукой в кладку, другой – в плющ и обратив ко мне умоляющий взор. В зубах он держал совершенно ужасную шляпку.

Я схватила его за уши и, пыхтя, кое-как втащила в комнату. Оба без сил повалились на пол.

– А дверь на что? – спросила я, отдуваясь.

– Так там же стража! – пояснил он, выплюнув шляпку и потирая уши. – Чтоб не вызывать подозрений.

– Да нет там никого. Сегодня же турнир, папа пораньше всех отпустил. К тому же ты мой паж, так что, в любом случае, не вызвал бы подозрений.

– Решил подстраховаться, – сказал Мика, почесывая ладони.

– Ах да, папа велел ядовитый плющ на стене посадить, чтоб рыцари не шастали.

Мика возмущенно вскочил на ноги:

– Какой у тебя папа… Бессердечный!

– А то! Зачем пришёл-то? Попрощаться?

– Ты правда ничего не знаешь? Вещая Булочка в городе!

– Не может быть! – ахнула я.

– Точно тебе говорю. От верного источника узнал: прибыла час назад, сеанс состоится на заброшенной золоторунной фабрике. Всего одну ночь, к рассвету уедет. Так что давай, пошли. – Он схватил меня за руку и потащил к окну.

– Погоди, – я уперлась мысками в пол. – Я не могу пойти. Меня, между прочим, завтра в жертву приносят. Я должна морально подготовиться.

– Шутишь? Знаешь, чего мне стоило пригласительные достать! – возмутился паж.

– Извини, вот если бы в любой другой день… – Я вздохнула и присела на краешек кровати.

– Да какой ещё другой! – Мика принялся расхаживать по комнате, размахивая руками и пытаясь меня урезонить. – Да в королевствах что ни день принцесс драконам отдают. А вот Булочка неизвестно когда в следующий раз приедет.

Я, разумеется, понимала, что он прав.

– Я просто пытаюсь быть послушной дочерью, – сказала я, кротко опустив взор. – Папа запретил мне переступать порог комнаты до завтрашнего утра.

– Так мы же через окно полезем! – обрадовался Мика. – Мы быстро: только туда и сразу обратно. Кстати, ты видела шторки на помосте? Плотные такие, из бархата…

– А знаешь, – я решительно вскочила, – ты прав! В конце концов, у меня даже девичника не было.