Она улыбнулась и спрыгнула с ветки. Он вскрикнул, когда она рухнула на него, сбивая на спину, ее ноги оказались по бокам от него.

Она ухмыльнулась.

— Это за то, что подглядывал под юбку.

Он сел, надувшись.

— Но там были те дурацкие шортики.

Она оглянулась и слезла с него.

— Но ты не знал, пока не посмотрел, да?

Он улыбнулся без вины на лице, вскочил на ноги, не пострадавший от ее прыжка, как было видно. Деймонов было сложно ранить.

Как и Пайпер, Лир оделся по случаю. Его темные джинсы плотно сидели на нем. Рукава черной футболки были оторваны, оголяя его мускулистые руки. Выше локтя на одной руке была намотана серебряная цепь, с нижнего витка свисал изящный кельтский символ. Другие серебряные украшения объединяли костюм. Он выглядел привлекательно, даже не стараясь.

Но не одежда выделяла Лира. Его светлые волосы, беспечно взлохмаченные, молящие о прикосновениях, казались белыми под луной. Его кожа была гладкой, медовой, насыщенного цвета. Его глаза довершали облик: янтарь с темными вкраплениями, глубокий и чувственный взгляд. Эти глаза смотрели в ее душу и шептали о фантазиях, в которых она даже себе стеснялась признаться.

— Как мы туда попадем? — спросила она, когда он подошел.

Он улыбнулся так, что ее колени ослабели.

— Увидишь.

Пайпер позволила ему идти первым, они пробрались за деревья на заднем дворе Консульства. Из-за скрытности от людей, Консульства почти всегда были в стороне от городов. Деймоны предпочитали анонимность.

Она шла за Лиром между деревьев, порой замечала Цви, мелькающую в тенях. Они добрались до шоссе и вышли на открытую, озаренную луной дорогу. Когда она заметила транспорт за кустом, она потрясенно посмотрела на Лира.

— Мотоцикл? Серьезно? Где ты его взял?

Лир улыбнулся, выкатил его из-за куста. Мотоцикл был черно-красным, ржавым, грязным, но все же был. Он был более редким, чем машина.

— Одолжил, — бодро ответил он и бросил ей один из двух шлемов.

— Ты украл чей-то байк?

— Нет, одолжил. Законно, — он надел шлем. — Всегда думаешь о плохом.

Пайпер виновато улыбнулась и надела шлем, голову окутал запах сигаретного дыма. Через миг она забралась на мотоцикл за Лиром и крепко схватилась за его пояс. Он начал заводить мотоцикл.

— Готова?

— Погоди, — она огляделась. Цви вылетела из тени и забралась по ноге Пайпер. Дракончик устроился на спине Пайпер, голова легла у шеи девушки. — Поехали.

Лир завел мотоцикл и помчался вперед, разбрасывая гравий. Она обвила руками его пояс, они понеслись на огромной скорости.

Город проносился темными силуэтами деревьев и заброшенных зданий. Пайпер смотрела на скелеты домов. Семьдесят лет разрухи превратили их стены в обсыпающиеся, все было в обломках. Природа быстро забирала брошенное после Третьей мировой войны, опустошившей современный мир. Кто знал, что осталось бы от цивилизации, если бы деймоны не пожертвовали анонимностью и не остановили уничтожение людей.

Выжившие образовали небольшие безопасные общества, вели торговлю и жили без удобств минувших лет. Несколько больших городов уцелело в войне, и богатые с умными перебрались туда.

Бристоль, город у Консульства Пайпер, был на треть опустошен, на треть заселен преступниками и бездомными, на треть ревностно оберегался семьями, пытающимися жить здесь. Пайпер ходила в школу в лучший район, там ходила и в магазины. Если бы она не была дочерью двух Консулов, жизнь в таком районе погубила бы ее. Она не могла представить судьбу хуже, чем жизнь без высокой цели. Потому ей нужно было стать Консулом, как и ее родители. Консулы хранили мир между деймонами, между кастами деймонов, между деймонами из разных миров и, что важнее, между деймонами и людьми.