После ужина я хотела сесть за домашнее задание, но мама сказала сначала помочь Су Чжэ. Неохотно, но я все же согласилась. Она заметила мое выражение лица и спросила, что со мной. Я же ответила, что у меня самой и без того полно домашки.

Лицо моей мамы исказилось в недовольстве:

– Вы же только на первом году старшей школы! Учителя хотят загубить вас таким количеством заданий?

– Мам, я уже на втором году…

Мама на секунду замерла и, произнеся тихое «ох», ушла мыть посуду.

Я совсем не хотела быть репетитором для Су Чжэ. Да у него и не было желания учиться. Сегодня вечером весь его энтузиазм был направлен на новую игрушку. Я молча села за стол и наблюдала, как он вертит эту пластмассовую штуку в разные стороны. Так еще и сопровождал все это голосом: «Чик-чик»…

– Клади ее. Тебе нужно учиться.

– Ага. – Клац-клац-клац.

– Давай быстрее. Мне тоже нужно писать домашнее задание.

– Хорошо… Чик-чик.

– А ну брось!

Су Чжэ, вздрогнув, взглянул на меня, медленно отложил трансформер в сторону и только затем недовольно покосился на учебники.

Я начала объяснять ему уравнения первой степени с двумя неизвестными, одновременно записывая примеры на черновике. Су Чжэ все это время не поднимал головы, но его взгляд блуждал по поверхности стола – это заставило меня убедиться, что он совсем не слушает. Закончив объяснять, я спросила его, все ли понятно; Су Чжэ кивнул. Тогда я дала ему еще один пример:

– Делай.

Затем открыла свой рюкзак: мне предстояло сделать два теста по алгебре, два по геометрии и еще один по английскому. Если отложу домашку еще на какое-то время, не высплюсь.

Я уперлась локтями в стол и открыла свои материалы; Су Чжэ же оцепенело глядел на черновик, будто не знал, с чего начать.

– Что такое?

Он, прикусив губу, помолчал, затем выдавил:

– Ничего…

– Почему не пишешь?

Су Чжэ сразу замешкался. Такой его вид меня расстроил.

– Ты разве только что не сказал, что все понял?

Он опустил голову. Я видела его длинные ресницы и пухлое лицо. Мое сердце смягчилось.

– Я объясню тебе еще раз, только слушай хорошенько…

Су Чжэ задрал голову и принял серьезный вид. Однако он не мог притворяться долго и сразу показал свое истинное обличье. Я даже не закончила объяснять ему задание, а он уже пристроил подбородок на ладонь и начал тыкать в трансформера наконечником ручки, бормоча себе под нос:

– Автоботы, превращение, отправка…

Я вскипела и смахнула эту дурацкую штуку книгой, которую держала в руках. Под крик Су Чжэ «Бамблби!» она ударилась об стену и разлетелась на несколько кусков.

Я до безумия перепугалась при виде того, как Су Чжэ ринулся к поломанной игрушке. В мгновение ока в комнату влетела мама.

– Что это такое? – Она тут же заметила поломанного вдребезги трансформера, и ее лицо искривилось. – Кто это сделал?

– Сестра! – Су Чжэ, плача, указывал на меня. – Это она смахнула!

Я невольно сжалась: не хотела оправдываться, да и не могла. Как я и думала, мама выкрутила мне ухо:

– Ты хоть знаешь, сколько это стоит?! Только что купили, и она уже поломана! Если тебе не жалко денег, пожалей хотя бы своего отца!

– Всё, достаточно!

В комнату вошел папа. Сведя брови к переносице, он посмотрел сначала на маму, затем – на не перестающего плакать Су Чжэ.

– Отпусти ее. – Наклонившись, поднял руку трансформера и осмотрел ее со всех сторон.