Запись длилась семнадцать минут и означала смертный приговор Донти.

Ему предъявили обвинение в похищении, изнасиловании и убийстве при отягчающих обстоятельствах. Его отвели в камеру, где он сразу провалился в сон.

В 9.00 шеф полиции вместе с окружным прокурором мистером Полом Коффи созвали пресс-конференцию и объявили о раскрытии дела Николь Ярбер. В убийстве сознался Донти Драмм, бывшая звезда футбольной команды Слоуна. Признание подтверждено показаниями свидетелей. Выразили соболезнования семье погибшей.

Донти сразу же отказался от своих показаний, и его адвокат Робби Флэк публично обрушился на полицейских, заклеймив их возмутительное поведение и недопустимые методы ведения допроса. Через несколько месяцев защита подала ходатайство об изъятии признания из материалов дела, и судебное разбирательство длилось целую неделю. Кербер, Моррисси и Нидхэм дали подробные объяснения в суде, и их показания яростно оспаривались защитой. Полицейские твердо стояли на том, что не прибегали к угрозам, обещаниям или запугиванию. Они всячески отрицали, будто упоминали о возможности избежать смертного приговора, чтобы добиться от Донти признания. Они отрицали устные оскорбления подозреваемого и его физическое изматывание. Они отрицали, что Донти упоминал об адвокате или что он хотел отказаться от участия в допросе и отправиться домой. Они отрицали, что знали о присутствии отца Донти в участке и его желании встретиться с сыном. Они отрицали, что их собственный полиграф однозначно подтвердил правдивость утверждений Донти, заявив, что, по их мнению, результаты проверки не были «убедительными». Они отрицали, что прибегли к обману относительно показаний Торри Пиккета. Показания Пиккета были в пользу Донти, и он по-прежнему повторял, что якобы не сообщал полиции о связи между Донти и Николь.

Судья, под председательством которой слушалось дело, выразила большие сомнения в признательных показаниях Донти, однако посчитала эти сомнения недостаточными для изъятия признания из материалов дела и оставила его в силе. Позднее пленка с признанием была показана присяжным. Донти тоже смотрел запись, и сам не верил, что все это говорил он, а не кто-то другой. Несомненно, именно эта запись обусловила вынесение смертного приговора.

Признание снова оспаривалось при апелляции, однако Уголовный апелляционный суд Техаса единогласно утвердил обвинение Донти и смертный приговор.

Закончив чтение, Кит поднялся из-за стола и отправился в ванную. У него было чувство, будто его самого только что допрашивали. Уже стояла глубокая ночь, но он понимал: заснуть ему не удастся.

Глава 8

В 7.00 вторника в адвокатской конторе Флэка в атмосфере почти физически ощущалось напряжение. Это было вполне естественно, ведь здесь отчаянно сражались за жизнь человека в условиях невероятного цейтнота. Никто не улыбался, не было слышно обычных шуток, которыми обменивались сотрудники, никогда не упускавшие возможности сострить. Большинство присутствующих работали здесь и шесть лет назад, когда Ламару Биллапсу сделали смертельную инъекцию в Хантсвилле, и тогда эта казнь стала для всех здесь настоящим шоком. А ведь Биллапс действительно был преступником! Он избивал граждан в барах, затевая драки, причем в основном орудиями были бильярдные кии и разбитые бутылки, и штат решил положить этому конец. Его последние перед смертью слова: «Увидимся в аду». Биллапс никогда не отрицал свою вину. Его казнь состоялась в маленьком городке в шестидесяти милях от Слоуна и осталась практически незамеченной жителями. У него не было родственников, и адвокатам не пришлось с ними общаться. Сам Робби его терпеть не мог, но решительно отстаивал свои убеждения об отсутствии у штата права лишать человека жизни.

Дело «Штат Техас против Донти Драмма» было совсем другим.