Никогда я не чувствовал себя таким сильным, когда находился рядом с ней. Я никогда ни к чему не стремился до встречи с ней.

В голове всплыли первые слова, сказанные мной при нашей встрече: «Ты здесь, чтобы меня спасти?»

Впервые за много лет у меня появилась хоть крупица надежды.

- Куда ты собираешься? - задала она вопрос.

Ее голос можно было использовать в терапии. Я в этом уверен. Она могла бы войти в комнату полную отчаявшихся людей, взять книгу и прочитать ее вслух, больше ничего не потребовалось бы.

- В Таргет.

Она толкнула меня в плечо и засмеялась, и мне стало радостно снова видеть ее такую. Она не смеялась целый день.

- Я имела в виду не сейчас, олух. А в понедельник. Куда ты поедешь? И почему ты уезжаешь?

Я осмотрел улицу.

Взглянул на небо.

Сфокусировался на своих ногах.

Я смотрел куда угодно, только не на нее, мне не хотелось снова ей лгать. Сегодня я уже раз соврал, больше этого делать не хочу.

Я потянулся и взял ее за руку. Она не оттолкнула меня.

Осознание того простого факта, что знай она правду, то вряд ли позволила бы прикасаться к себе, заставило меня не жалеть о том, что я не признался во всем с самого начала.

Но чем дольше я пытаюсь скрыть правду, тем сложнее мне это дается.

- Оберн, мне на самом деле не очень хочется отвечать на этот вопрос.

Я по-прежнему смотрел на свои ноги, отказываясь встречаться с ней взглядом. Не хотелось, чтобы она смогла прочитать на моем лице ликование от того, что она захотела провести со мной выходные.

Она заслуживает гораздо большего, чем я могу ей дать.

Я все еще не считаю, что она заслуживает кого-то кроме меня. Она идеально мне подходит, а я подхожу ей.

Но она не должна нести бремя всех неверно принятых мной решений. Так что,  пока я буду пытаться исправить свою жизнь, два дня с ней - это все, на что я мог надеяться.

Она сказала, что хочет сосредоточиться на сегодняшнем дне, прежде чем остаться на все выходные, но мы оба знаем, что это полная чушь.

Она сжала мою руку.

- Если ты не расскажешь, куда поедешь, тогда и я не стану делиться с тобой, почему приехала в Техас.

В эти выходные мне захотелось узнать о ней больше. Заранее заготовив вопросы, я подготовился быть отвергнутым, но теперь мне самому придется отступить, потому что нет ни единого шанса в том, что я расскажу ей об ужасах своей жизни. По крайней мере, не сейчас.

- Справедливо, - заметил я, наконец, в состоянии посмотреть на нее.

Она улыбнулась и снова сжала мою руку.

Ветер бросил прядку волос ей в лицо, и она убрала ее своими пальцами.

Позже, я нарисую этот момент.

Но прямо сейчас, я отведу ее в Таргет. За продуктами.

Потому что она остается со мной.

На все выходные.

Она застенчива во многом, но не когда дело доходило до еды. Она знает, что пробудет у меня всего два дня, но при этом продуктов набирает, как на две недели.

Я все равно позволяю ей, потому что хочу, чтобы эти несколько дней стали лучшими в ее жизни, и если замороженная пицца и овсянка помогут мне в этом, что ж, так тому и быть.

- Думаю, мы закончили, - она заглянула в тележку, проверяя все ли взяла, что ей нужно. - Нам придется взять такси на обратном пути. Мы не сможем это все донести.

Я разворачиваю тележку прямо перед кассой.

- Мы кое-что забыли, - заявил я.

- Что? Мы же скупили весь магазин.

Двинувшись в обратный путь, пояснил:

- Мы забыли твой подарок.

Я ожидал, что она выбежит передо мной, протестуя, как делают большинство девушек. Но вместо этого, она захлопала в ладоши. Мне показалось, что она еще и взвизгнула. Схватив двумя руками меня за руку, поинтересовалась:

- На какую сумму я могу рассчитывать?

 Ее возбуждение напомнило мне походы в магазин игрушек с отцом и Кэри.