Минуточку, может быть, не такая уж это и глупость. Может быть, это ловкий ход – непреднамеренный, но ловкий. Рискованно. Даже очень. И если не сработает… Нет, думать об этом нельзя, надо сосредоточиться на происходящем.

Пещерное чудовище должно быть слева. Я свернула туда.

Через миг на фоне деревьев возник его шаткий силуэт. Он поднял голову, заметив отсвет моего шара, и его лицо бледным пятном мелькнуло в темноте. Он увидел меня и с горящими глазами неуклюже двинулся вперед.

Я произнесла связывающее заклинание. Он не остановился. Я начала поворот, но он вдруг замер. Набравшись храбрости, я проскочила мимо него, чуть не задохнувшись от запаха гниющего мяса, исходившего от этого монстра.

Замедлив бег, я прислушалась. Сзади раздался испуганный вздох, проклятье и звук скользнувших по грязи ног – мой преследователь резко затормозил.

Я сняла связывающее заклинание. Пещерный человек взревел. Дачев закричал. А я побежала. Какая разница, что будет дальше? Меньше знаешь – крепче спишь. Если с Дачевым случится то же самое, что и с той штукой в пещере… думаю, что его жертвы не сочли бы такое наказание чересчур строгим.

Я добежала до поселка. Сейчас, когда все остальные ищут меня в лесу, это самое безопасное место. Надо где-нибудь спрятаться и…

Из темноты вылетел нож и вошел мне меж ребер. Скорчившись от боли, я увидела, как из тени выступил человек с ножами, с улыбкой замахиваясь вторым клинком. Вытащив нож из раны, я увернулась от удара. То есть не столько увернулась, сколько отшатнулась. Ноги подкашивались, боль от новой раны пульсировала в теле, но второй нож меня не настиг, и это было главное.

Человек с ножами бросился на меня. Внезапно я заметила, что по дороге навстречу нам бежит коренастый азиат в современной одежде, в современной одежде. Да сколько же их здесь?

Человек с ножами впечатал кулак мне под ребра. Я пошатнулась, но устояла, и, развернувшись, ударила его ножом. Лезвие угодило ему в плечо. Глаза маньяка широко раскрылись и он отшатнулся. «Неужели я его так сильно ударила?» – мелькнула мысль. В лунном свете блеснул еще один клинок. Меч рассек человека с ножами, и тот с криком упал.

Мой взгляд скользнул по клинку, к руке, сжимающей меч.

Новоприбывший, встретившись со мной глазами, широко улыбнулся:

– Кацуо.

– Наконец-то, – выдохнула я. – А зелье Покинь Ад?

Он рассмеялся.

– На двоих хватит.

С дальнего конца улицы донесся топот ног, к нам устремились четверо.

– Я успел вовремя, – заметил Кацуо. – Держи.

Он швырнул мне фиал. Я поймала его в тот момент, когда человек с ножами приподнялся на ноги. Человек-птица и оборотень кинулись на меня с разных сторон.

– Извините, ребята, – сказала я, – мне пора.

И одним глотком опустошила фиал.

Я стояла в дверном проеме на подкашивающихся ногах. Крис в два прыжка пересек комнату и подхватил меня на руки, крепко прижав к себе. Закрыв дверь в коридор, он уложил меня на пол у дальней стены.

Вся, дрожа, я молча прижалась к нему. Разумеется, мне хотелось войти в дверь уверенной походкой, торжествующе заявить: «Победа!», забыв о случившемся. Но я не могла. Крис – единственный, с кем не нужно притворяться, кто не будет думать обо мне плохо из-за того, что я трясусь на полу, и вот-вот ударюсь в самую настоящую истерику.

Кристоф обвел пальцем рану на левой ладони, зашевелил губами. Я с трудом уловила несколько греческих слов. Малое заклинание исцеления, одна из немногих известных ему ведьмовских формул. Крис получил его от меня в подарок для своих мальчишек, чтобы их порезы и синяки заживали побыстрее. Заклинания давались ему нелегко, однако он постоянно практиковался в использовании этой формулы, уделяя ей больше внимания, чем любому заклятию истинной силы.