Изменить размер шрифта - +
Когда прибыл фотограф, Зилла выглядела просто восхитительно в новом брючном костюме кремового цвета от Аманды Уэйкли[6] и шарфом от Джорджины фон Эцдорф[7], завязанным на шее. Красавец Джимс небрежно опирался на спинку стула; его рука с безупречным маникюром гладила ее длинные черные волосы.

Затем Мелина пересмотрела свое отношение к популярности Джимса и предложила представить Евгению и Джордана племянницей и племянником, детьми сестры, трагически погибшей в автомобильной катастрофе, но Зилла наотрез отказалась. И Джимс тоже, что несколько удивило ее. Мелина должна помнить, что он не просто известный человек, а знаменитость.

— Временно, — парировала Мелина.

— Если я получу должность, — сказал Джимс, понижая голос, — разница станет очевидна.

Все это нервировало Зиллу.

— Я не хочу разлучаться с детьми.

— Конечно, дорогая, мы этого и не планируем.

— Полагаю, было бы разумно, — сказала Мелина, — в течение года не давать интервью печатным средствам массовой информации. Мы можем сообщить, что ваш первый муж трагически погиб в автомобильной катастрофе? — Подумав, она с неохотой рассталась со своим любимым сценарием. — Нет, наверное, нет. А к тому времени на подходе, возможно, будет еще один малыш.

Зилла подумала, что шансы на еще одного малыша чрезвычайно малы. Она ничего не знала ни об интервью, ни о журналистах, но уже боялась их. Однако Зилла уже давно овладела искусством избавляться от неприятных мыслей. Поэтому каждый раз, когда воображение рисовало ей репортера на пороге их дома после того, как Джимс станет заместителем министра внутренних дел или министра здравоохранения в теневом кабинете, она гнала от себя эту картину. А если вкрадчивый голос у нее в голове шептал: «Расскажите мне о вашем предыдущем браке, миссис Мэлком-Смит», — Зилла заставляла его заткнуться. В конце концов, она знала, что Джерри больше не появится. Самый верный способ заявить о намерении исчезнуть — это объявить о своей смерти.

Джимс купил ей обручальное кольцо с тремя крупными изумрудами на квадратной подушке из бриллиантов. Он уже вручил Зилле карту «Виза» на имя З. Г. Лич, а теперь выдал платиновую «Американ экспресс» на имя миссис Дж. Ай. Мэлком-Смит и сказал, чтобы она купила себе любую одежду, которая ей понравится. В новом зеленом костюме от Кэролин Чарльз[8] с украшенным бисером лифом Зилла обедала с Джимсом в зале Черчилля в Вестминстерском дворце и была представлена лидеру консервативной партии в Палате общин. Семь лет назад она описала бы свои убеждения как коммунистические и теперь сомневалась, может ли называться консерватором.

— Уже можешь, моя дорогая, — сказал Джимс.

После обеда он повел ее в Вестминстер-холл, а потом в подземную часовню Св. Девы Марии. Даже Зилла, которая почти не замечала таких вещей, была вынуждена признать, что каменная кладка сэра Чарльза Барри производит впечатление, а роскошные светильники великолепны. Она послушно разглядывала фрески с изображением св. Екатерины, которую пытали на колесе, и св. Иоанна Евангелиста в кипящем масле, хотя они вызывали у нее легкую тошноту, а от поджариваемого св. Лаврентия ей едва не стало плохо. Зилла подумала, что во время церемонии венчания не стоит смотреть вверх. На фоне этих ярких, насыщенных цветов лучше всего будет смотреться свадебное платье цвета слоновой кости. Выбрав статус одинокой женщины, она была полна решимости избавиться от воспоминаний о своем браке и почти примирилась с венчанием в церкви.

Жаль только, что детей нельзя взять с собой. Зилла уже представляла Евгению как подружку невесты и Джордана в качестве пажа.

Быстрый переход
Мы в Instagram