|
Многочисленные рифы, песчаные отмели, туманы и весьма интенсивное судоходство унесли в «Аллее» не одну тысячу моряцких жизней. Баб-эль-Мандебский пролив, соединяющий Красное море и Индийский океан, получил имя «Врата слез», так как условия плавания там были не многим лучше, чем в Ла-Манше. В придачу к этому на берегу потерпевших кораблекрушение ждали еще и агрессивные бедуины. Район острова Ньюфаундленд из-за вечно промозглой и штормовой погоды удостоился звания «Гнилой угол Атлантики», зато район экваториальной зоны, где дуют постоянные восточные ветры – пассаты, был провозглашен «Дамской дорогой». Кратчайшее расстояние между Зеленым мысом Африки и восточной оконечностью Южной Америки издавна именовалось «Талия Атлантики». Вечно штормовой район Атлантики в пределах сороковых градусов северной широты получил имя «Ревущие сороковые», еще более штормовые пятидесятые широты – «Бушующие пятидесятые», а южный путь от Гибралтара к Кубе, который был длиннее северного, но отличался более спокойной погодой, а потому был предпочитаем большинством парусных капитанов, называли попросту «Лошадиной тропой». Пусть медленно и долго шли здесь суда, зато достаточно безопасно! Гвинейский залив моряки гордо именовали «Пуп Земли». Что касается русского флота, то наши моряки с 20-х годов XIX века называли часть Финского залива от Кронштадта до Санкт-Петербурга «Маркизовой лужей», в честь недоброй памяти маркиза де Траверсе, который в то время возглавлял российский флот и в целях экономии средств запрещал кораблям плавать дальше этой пресловутой «лужи».
Не слишком чтили моряки служителей церкви. Даже находящийся на борту священник считался причиной возможных несчастий, а богохульства, считали моряки, куда приятней океанской стихии, чем самые трогательные молитвы. Своеобразное отношение было и к Библии. Считалось, что если ее листами обмахивать больного, то он быстрее поправится. У моряков британского флота во все времена особой любовью пользовались булочки с изображением креста. Считалось, что такие булочки отвращают шторм. В некоторых семьях эти булочки хранят уже более века как семейные реликвии пращуров-мореходов. В силу этой традиции крестовая выпечка популярна и на современном британском флоте. Особый культ крестовых булок более ста лет соблюдается в лондонской портовой харчевне «Сын вдовы». История этой традиции такова. В начале XIX века некая вдова содержала эту харчевню. У нее был сын-моряк, и каждый год в Страстную пятницу, если он находился в море, она откладывала для него одну крестовую булку. Когда же сын погиб в море, вдова стала каждый год вывешивать в баре новую булку до следующей Страстной пятницы, а прежнюю убирала в корзину. Когда вдова умерла, новые хозяева продолжили эту традицию. Со временем ритуал был даже внесен в условия аренды. И сегодня каждую Страстную пятницу в лондонскую харчевню «Сын вдовы» приглашается моряк, который убирает в корзину старую булку с крестом и вывешивает новую, за что его бесплатно поят пивом. Самым тяжелым днем исстари считался понедельник. В этот день нельзя было начинать постройку судна – киль, заложенный в понедельник, мог потерять свою прочность на крутой волне; тем более нельзя было спускать в этот день судно на воду – почти всегда оно давало течь. И уж полным безрассудством было уходить в понедельник в плавание! В Англии существует предание, что некогда служил на флоте капитан по фамилии Мандей (что созвучно с английским словом «понедельник»). Этот капитан не верил в плохие приметы и однажды решил доказать, что понедельник – самый обычный день недели. В понедельник он пришел наниматься на службу. Из предложенных ему судов он выбрал то, которое было спущено на воду в понедельник. В понедельник он набрал команду и, дождавшись следующего понедельника, вышел в море. |
