— Я не верю, что Зои Редберд такая!

Дракон приподнял брови:

— Я тоже так не думаю. Ты знаешь, что Неферет не ладит с Зои?

Аурокс посмотрел ему в глаза.

— Они враги.

Дракон не отвел взгляда.

— Можно сказать и так, хотя мне бы хотелось, чтобы все было иначе.

— Вы не союзник Неферет, — понял Аурокс.

Черты лица Фехтовальщика застыли, и его усталое, но открытое отношение исчезло.

— Я следую только своим путем, и ничьим больше.

— А Никс?

— Я не восстану против Богини, но и не буду защищать кого-то, кроме самого себя. Путь Дракона — единственное, что у меня осталось.

Аурокс изучал его. Эмоции Дракона находились в туманной дымке. Вампир ничего не проявлял: ни гнева, ни отчаяния, ни страха. Ничего. Загадочно. Возможно, именно поэтому Аурокс заговорил о собственной головоломке:

— Я назвал Бекку Зо.

Брови Дракона снова взлетели вверх, и по выражению его лица стало ясно, что его рассмешили слова Аурокса.

— Ну, Аурокс! Дамам — подлые они или нет — обычно не нравится, когда их называют именами других дам!

— Но я не знаю, почему так сказал!

Дракон пожал плечами:

— Должно быть, ты думал о Зои.

— Я этого не осознавал.

— Иногда так бывает.

— Значит, это нормально? — спросил Аурокс.

— За свои сто с лишним лет я понял одну простую истину — в отношении женщин ничего нельзя назвать нормальным, — ответил Дракон.

— Учитель, могу ли я попросить вас об услуге?

— Да.

— Не рассказывайте о случившемся Неферет.

— Я не из болтливых, парень. И тебе стоит быть таким же.

Фехтовальщик похлопал Аурокса по плечу и ушел, оставив творение Неферет сбитым с толка, взволнованным и, как всегда, одиноким.

Глава 19

— Предстоит катастрофа вселенских масштабов, — шепнула мне Афродита, когда утром понедельника мы стояли под дверями кабинета, в котором намечался урок Танатос.

Этот кабинет был одним из самых больших в школе. Вообще-то, за исключением кабинета драматического искусства, напоминавшего актовый зал в миниатюре, и самого актового зала, это был самый большой «обычный» классный кабинет в школе.

«Отлично, — подумала я, — больше места для неизбежного взрыва».

— Непохоже, что выйдет прогулять этот урок, — пробормотала я, обращаясь к Афродите. А всем остальным сказала: — Ладно, пойдем внутрь. Не волнуйтесь. Мы вместе, а значит, все не так уж плохо.

Меня окружила кучка-вонючка, Стиви Рей, Рефаим и хорошие красные недолетки. С покорным и готовым ко всему видом все кивнули и замерли в ожидании, что запахнет жареным.

Я открыла дверь и ступила на порог.

Камень Провидца немедленно начал нагреваться.

Даллас и его шайка уже находились в кабинете, предсказуемо заняв задние ряды парт.

Аурокс сидел на первой парте в дальнем углу, очевидно отделившись от банды Далласа. Я задумалась, почему он не вместе с плохими ребятами, ведь он, как и они, играл за Неферет, но старательно отвела от него взгляд.

— Я попытаюсь отнестись ко всему положительно, — возвестила Стиви Рей, игнорируя адресованную ей презрительную усмешку Далласа и гнусный смех Николь, напоминавший дешевый парфюм. Моя подруга взяла Рефаима за руку и с улыбкой поцеловала его в щеку. — Не ведись на них!

— Удачи, — буркнула Эрин.

Шони, между которой и Эрин стояли несколько ребят, промолчала.