Изменить размер шрифта - +
Ни одышки, ни бледности, ни синеватого цвета губ или ногтей. И если был применён некий артефакт… На человека здорового он мог подействовать сокрушительно. Знаете, в старые времена инфаркт называли «разрыв сердца». Ну вот то, что я наблюдал, примерно так и выглядело.

– Понятно…

– Очень досадно, что меня не было в городе в тот день. Вдруг бы я сумел помочь господину Тезье?

– Это вряд ли, – сухо сказала Лавиния. – Его нашли, когда уже поздно было что-то делать. Разве что вы пошли бы туда с ним вместе.

Нильсен встал.

– Прошу меня извинить, но я должен вернуться в клинику. Через полчаса начало приёма.

– Спасибо, доктор, – поднявшись, капитан обменялся c ним рукопожатием.

Лавиния сказала вдогонку:

– Завтра поминальный обед в «Лаванде», буду рада, если вы выкроите время.

– Постараюсь, – ответил Нильсен уже от дверей. – Мне как раз надо осмотреть госпожу Фош, её беременность протекает не вполне стандартно.

И он исчез.

Госпожа Редфилд повернулась к Кальве.

– Последний вопрос на сегодня, и я освобожу вас от своего присутствия.

– Я уверен, до вечера вы придумаете дюжину новых, – и он снова улыбнулся в усы.

«Чертовски удобная штука, чтобы спрятать усмешку, – подумала Лавиния. – Жаль, что мне не удастся таким украшением обзавестись…»

– Правильно ли я понимаю, что вы сменили Клода Тезье на посту начальника городской стражи?

– Совершенно верно. Дела были поставлены идеально, команда работала как часы. При мне они слегка разболтались, должен сознаться. Ну, так у меня и такой биографии военной нет, я всю жизнь в страже.

– Ага… Вот как раз об этом я и хотела спросить. Что вам известно о жизни Клода до того, как он вернулся в Жансон и стал начальником стражи?

– Да немного, честно говоря. Знаю, что он служил с восемнадцати дет в Легионе, а в две тысячи сто шестьдесят шест

Бесплатный ознакомительный фрагмент закончился, если хотите читать дальше, купите полную версию
Быстрый переход