– Мы просто играем в игру.

Нина нахмурилась.

– Не стоит баловать ее. Ты знаешь, что играть в азартные игры нехорошо. – Она замолкла, заметив костюм Нэша. – Ты куда-то собираешься?

– Папа идет на свидание.

Нина не нашлась что сказать.

– Это не свидание, – объяснил он.

– Свидание, – упрямо повторила Колби, направляясь к двери. – Мне кажется, что папе понравилась Сэм.

На лице Нины одновременно отразились удивление и возмущение.

– Не думала, что ты с кем-то встречаешься.

Нэш глубоко вздохнул.

– Вы ошибаетесь. Сэм не берет деньги за уроки верховой езды. Я пригласил ее, чтобы отблагодарить за потраченное время.

Нэш не был уверен, что пожилая женщина ему поверила. Она подошла поближе, поправила его галстук.

– Стейси говорила, что этот цвет тебе к лицу, – тоном, не терпящим возражений, заявила она. – Не раз повторяла, что он оттеняет твои серые глаза.

Напоминание об ушедшей жене возымело желаемый эффект. Нэш почувствовал себя виноватым и осторожно пожал руку Нине.

– Я не забыл, Нина, – тихо сказал он. – Только не нужно так часто об этом говорить.

Глава четвертая

Сэм предавалась непривычному для себя занятию, а именно: стояла перед высоким зеркалом и изучала собственное отражение. Конечно же, у зеркала она оказалась не без участия Мэнди. Иначе ни за что бы не решилась.

Стоя за спиной сестры, Мэнди платочком стерла слезы с ее глаз.

– Прекрасно выглядишь.

– Как уличная девица, – всхлипнула Сэм, рывком подтягивая лиф платья, чтобы уменьшить слишком глубокий вырез.

– Ничего подобного, – возмутилась сестра. Она обошла вокруг Сэм, поправляя ее волосы – густые каштановые локоны, которые она завила вопреки протестам Сэм. Теперь распущенные волосы струились по плечам младшей сестры роскошными волнами. Лучи солнца придавали им золотистый отсвет и играли бликами на серебряных сережках в виде тонких полосок.

Сэм не узнавала эту женщину в зеркале. И снова заплакала.

– Я никуда не пойду, – мрачно сказала она, усаживаясь на край кровати.

Мэнди достала платок из сумочки и вложила его в руку Сэм.

– Пойдешь, и все получится. Не вздумай плакать, иначе размажешь косметику.

Сэм высморкалась в предложенный платок.

– Ты говоришь как Мередит.

– Жаль, что ее здесь нет. Она бы гордилась тобой.

– Хорошо, что ее здесь нет. Иначе она бы положила в мой бюстгальтер туалетную бумагу.

– Пожалуй, ты права, – рассмеялась Мэнди. Послышался звук приближающегося автомобиля, и обе повернулись к окну. Увидев «мерседес» Нэша, Сэм согнулась пополам.

– О, нет, – прошептала она. – Он все-таки приехал.

Через несколько секунд позвонили в дверь. Мэнди, прилагая все усилия, пыталась стащить сестру с кровати.

– Все будет хорошо. – Она подтолкнула ее к двери спальни. – Успокойся, а я открою.

Сэм покачнулась на непривычно высоких каблуках и уперлась в дверной проем.

– Мэнди, я не могу. Скажи, что я заболела. Или, лучше, что я умерла!

Мэнди вскинула голову.

– И не надейся. – Она взяла Сэм за плечи и вытолкнула в коридор. – Веди себя как леди.

«Не смогу, – с грустью подумала Сэм. – Я ведь не благородного происхождения».

– Здравствуйте, Нэш. – Джесс протянул руку.